Не пытайтесь / пытайтесь покинуть Омск?

Недавно Омск возглавил рейтинг городов России по количеству желающих переехать в другой регион. По данным компании HeadHunter, покинуть малую родину в поисках лучшей жизни и лучшей работы желает почти половина омичей. Мэр Омска Вячеслав Двораковский признался журналистам, что искренне не понимает таких людей, и рассказал о том, почему он сам никогда не входил в их число. 

«Когда ничего не делаешь, все раздражает, и начинаются разговоры: Омск – самый грязный, Омск – самый плохой и прочее. Комфортно только тогда, когда что-то делаешь. Нет высшего удовлетворения от того, что ты сделал своими руками. Если ты в городе что-то своими руками сделал, как после этого бросать его? Можно только радоваться и делать дальше», – считает омский мэр.

«СуперОмск» поговорил с омичами, которые в течение последнего времени попытались, а некоторые успешно, покинуть родной город. Наши собеседники рассуждают о причинах, побудивших их покинуть / остаться в Омске, и ищут ответ на вопрос, зачем это нужно. 

Евгений Луговой (предприниматель, Китай, 19 лет, 2 года не в Омске) 
Принял решения уехать в 17 лет, когда учился на первом курсе. Причина – нежелание учиться в омском университете. А также я не видел перспектив жизни в России. Вернусь на свою свадьбу только. 

Я бы согласился вернуться, если была бы реальная поддержка малого бизнеса, развития, инфраструктура (чтобы мне не приходилось мечтать о выезде за границу на отдых). 

Последнее место работы в Омске: ОЖК – специалист по связям с общественностью. 

Сейчас в Шанхае у меня 3 компании: 1. 2nite (проект с двумя итальянцами) – клубный маркетинг (здесь система отличается от российской, поэтому моя фирма может заниматься пиаром во многих клубах) 2. консалтинговая компания Osh-group (проект с двумя украинцами) – любые услуги по Китаю от бизнес-поездок до аренды квартиры 3. L TRADE - GROUP - трейдинговая компания. 

Илья Шепелин , журналист Slon.ru, Москва, 26 лет, 4 года не в Омске 
На этот вопрос даже как-то неловко отвечать и приводить аргументы, просто потому что каких-то внятных объективных доводов против отъезда из Омска для людей моложе 30 не существует. Бывают субъективные: кому-то родители так хорошо помогли устроиться в Омске, что глупо от этого бежать, у кого-то рано появилась семья, и с ней трудно куда-то перебираться. Но если таких обстоятельств не существует, то нечего просиживать штаны в Омске. 

Я где-то на втором или на третьем курсе университета решил, что после окончания учебы оставаться в Омске ни в коем случае нельзя. Я видел, как очень хорошие преподаватели (а учился я на истфаке ОмГУ) получают копеечные зарплаты, их ни в грош не ставит работодатель (в данном случае – государство), социальный статус у них находится в явном несоответствии с тем, каким уважением в обществе должны пользоваться люди этой профессии. Один, например, недурной кандидат наук в 30 с лишним лет параллельно с преподаванием работал на заводе, чтобы как-то сводить концы с концами. А на этом фоне где-то в Москве существовала Высшая школа экономики – один из самых любимых либеральных проектов властей России. Там и какая-то академическая жизнь, казалось, драйвовая, и наукой можно заниматься, и не то чтобы голодать. Так сложился точный ориентир, что оставаться в Омске нельзя. Очень скоро, правда, выяснил, что наукой / преподаванием я заниматься тоже не горю желанием, к образованию остыл. Но было понятно, что почти на все сферы, в которых я себя видел, в Омске тоже распространялись те же самые минусы, что и в преподавании. А хотелось делать работу, от которой я бы получал удовольствие, самореализовывался и при этом получал бы за нее чуть больше, чем слово «спасибо». 

Я выбрал журналистику, и, естественно, в Омске она находится в таком состоянии, что не отвечает ни одному из обозначенных мной требований. В Омске продукты журналистики не востребованы большой и качественной аудиторией, поэтому все и находится в таком состоянии, в каком находится. В последний год жизни в Омске, когда мне было 21, я вяло похаживал в университет, привозил в Омск и показывал в «Галактике» авторское кино, потихоньку готовил абитуриентов к поступлению. А в Москве я получил возможность поработать с лучшими изданиями страны (разве что за исключением «Форбса» и «Ведомостей»), находиться рядом с действительно значимыми событиями, а не переписывать пресс-релизы областных министерств о надоях и удоях за год. 

При этом Омск я очень люблю, но из-за того, что город, откровенно говоря, бедный (бюджет в РАЗЫ меньше Новосибирска или Красноярска), в нем и жизнь не кипит, а как-то вяло течет. Меньше событий, меньше больших явлений –  хоть в бизнесе, хоть в культуре, хоть в политике. Люди, которые хотят самореализоваться, быстро Омск покидают. А когда таких почти не остается, получается, что и некому эту унылую тенденцию переламывать. Есть, впрочем, и примеры довольно успешных людей, оставшихся в Омске, но они, скорее, исключение, чем правило. 

Или посмотрите, кто появляется в омских СМИ в качестве интеллектуальных ориентиров. Я постоянно встречаю одного и того же человека среди них – жутковатого рекламщика Александра Немчанинова, который рассуждает о духовности и несет какую-то детсадовскую чепуху о славянах, ссылаясь на Велесову книгу. При этом омские журналисты его слова с удовольствием ретранслируют, даже не задумываюсь уточнить, что Велесова книга – это известная подделка еще XIX века. Это к слову и о качестве людей, создающих события в Омске, и о тех, кто эти события освещает. 

А вообще Омск я очень люблю, ей-богу, мне нравится сюда приезжать на одну-две недели, чтобы походить по знакомым местам и встретить старых товарищей. В этом городе появляется много самобытных и по-хорошему неординарных людей – и это до сих пор главное, что есть у нашего города. Правда, большинство омичей из моих знакомых, про кого могу так сказать, в Омске уже не живут. 

Я не исключаю варианта возвращения в Омск в качестве какого-то варианта дауншифтинга – уехать отдыхать от Москвы в родной и потому уютный город. Но пока об этом, пожалуй, говорить еще рановато. 

Александр Жиров, пиарщик, журналист, директор Агентства стратегических коммуникаций iSutki Communications, 32 года, живет в Омске 
Почему сам не уехал ­­– были причины личного характера, плюс некоторое понимание того, что для города можно что-то сделать. И возраст определенный: в 22 года, после института, можно уезжать «в никуда». В 30 лет, да еще и с семьей, это сделать сложнее – нужно уезжать не «из», а «в». 
Толчок к отъезду – анализ ситуации в городе. За последние годы реально не произошло подвижек к лучшему, либо что-то происходит такими темпами, что «жить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне, ни тебе». 

Есть планы покинуть Омск? Да. 

Совет молодым людям: хотелось бы, чтобы городские власти понимали, что мантра «где родился, там и пригодился» больше не работает. Города должны конкурировать друг с другом за людей, за мигрантов, за молодежь. Если в каком-то городе удалось создать лучшие условия, чем в Омске, почему нужно тратить свое время на подчинение тем чиновникам, которые не смогли организовать город таким образом, чтобы в нем хотелось жить? 

Михаил Герасимов, 26 лет, Москва, MOST Creative Club, должность – Creative Group head (глава креативной группы), год не в Омске 
Желания уехать у меня как такового не было, было желание развиваться, и в какой-то момент Омск перестал это желание удовлетворять. Главной причиной и катализатором переезда была моя девушка, которая в этот момент уже жила в Москве. Так что у меня есть романтическая причина. Я не думаю о возвращении, пока мне нравится путешествовать по разным странам. Вы поймите, что у человека, переехавшего в столицу, открывается очень много возможностей, это как Диснейленд – хочется все попробовать. На данный момент я пробую. Не могу придумать причину, по которой смог бы вернуться.

Хотя мне нравится бывать в Омске проездами, и я слежу за всем происходящим. 

Олег Малицкий, 34 года, пресс-атташе ХК «Авангард», живет в Омске 
У меня просто нет времени сейчас отвечать на эти вопросы. Очень занят. Возможно, поэтому никуда и не уехал.

Максим Курцаев , 22 года, Москва, аналитик, ЗАО KPMG, меньше года не в Омске 
Задумался об отъезде пару лет назад. Желание построить карьеру и поступить в зарубежный вуз для получения степени MBA. Если бы Омск дорос хотя бы до уровня Москвы по качеству инфраструктуры, заработным платам, доступным карьерным перспективам. Про образование вообще молчу... В России оно в принципе не на уровне... 

Евгений Зайцев, 30 лет, Санкт-Петербург, копирайтер, МК-Петерубрг, 2 года не в Омске 
Последнее место работы в Омске – главный редактор информационного агентства СЛОН. Расшифровывается как «Сибирская лента онлайн-новостей». Директором бы Михаил Лебедев – сейчас он редактор «Вечернего Омска». 

Сейчас официально работаю копирайтером в еженедельнике «Московский комсомолец в Питере». И еще веду два проекта по договору подряда. Один из них – выпуск ежемесячной корпоративной газеты на одном из промышленных предприятий Петербурга. 

Уехал я, как и все, в поисках лучшей жизни. И дело не только в деньгах, ведь в этом случае я бы выбрал Москву. Петербург – красивый, развивающийся город. Жить и работать здесь гораздо комфортней и интересней, чем в Омске. 

К отъезду меня подтолкнуло закрытие информационного агентства, в котором я работал. Это произошло после смены губернатора, который решил сократить расходы на СМИ. В тот момент я понял, что оставаться в Омске дальше не имеет смысла. 

В Омске у меня живет мама, бабушка и несколько друзей. Я навещаю их 2 раза в год. Возвращаться обратно не планирую. Еще могу сказать, что у меня есть ностальгия. Когда приезжаю, люблю пройтись по местам, с которыми связаны воспоминания. 

Евгений Потапенко, 31 год, Санкт-Петербург, создатель и руководитель творческой мастерской, 3 года не Омске 
Решение уехать из Омска начало зреть с августа 2009 года, после апрельских гастролей в составе омского ТЮЗа в Петербург. Я сразу же влюбился в этот город. Архитектура, атмосфера, люди – все меня вдохновляло. Увидел совсем отличный от Омска уровень жизни, культуры, наполненность яркими событиями в области культуры и искусства. И вообще Петербург по сравнению с Омском мне казался не просто другим городом, с лучшим уровнем жизни, а другой страной. Одним словом, Европа. Сейчас я люблю шутить по этому поводу: «Единственная проблема Петербурга в том, что он окружен Россией». Летом 2009 года, по окончании театрального сезона, сразу же уехал в Петербург на время отпуска. Мысли о переезде в полюбившийся город уже не покидали меня. Но был подписан контракт с театром, в котором я проработал до окончания сезона, 2011 года. О чем, в принципе, не жалею. Если все же попытаться сформулировать коротко главную причину моего переезда из Омска... то это можно вместить в одно слово – ЛЮБОВЬ. И здесь я имею в виду не только к городу Петербург. Но это слишком личная история, и пусть она останется личной. Возвращаться в Омск не собираюсь, но в Омске есть близкие люди, и мне всегда приятно с ними встречаться, но больше недели в Омске находиться теперь просто не могу. Тоска начинается. Последнее место работы в Омске – Омский театр для детей и молодежи, актер. В настоящее время являюсь создателем и руководителем Studio Pro 42 (творческая мастерская фотографии и кино, фотостудия). Также работаю на кинопроектах, последний проект – совместная работа с финскими документалистами над фильмом Voice of Sokurov, рассказывающем о кинематографическом мире нашего гениального режиссера. 

Вита Королева, 19 лет, Москва, студентка, факультет журналистики НИУ ВШЭ, год не в Омске 
Решение переехать было принято классе в девятом обоюдно: как мною, так и моими родителями. Папа очень хотел, чтобы я помогала ему с работой в Китае, поэтому я пошла на усиленные курсы китайского, но через год поняла, что не справлюсь – слишком высок должен быть уровень знаний для поступления в китайский университет. Безусловно, можно было год/два посидеть на курсах изучения языка в Китае, но я не хотела терять время и родительские деньги. Как-то поехала в Москву и поняла, что мне все нравится. Да-да, то, что всех раздражает, мне очень нравится. Я честно ходила на короткие курсы журналиста или как-то там в ОмГУ. Я охерела. Все жутко старое, воняет, будто это не университет, а загон для свиней. Преподаватель говорит с аудиторией какими-то общими фразами, употребляет кучу клише, не чувствует себя уверенным в теме разговора. Хотелось заниматься журналистикой, а в Омске она вообще есть? Сейчас моя подруга испытывает проблемы с трудоустройством, вот мне и кажется, что нет. Я уехала, потому что не люблю омское быдло. Люблю улыбаться людям на улице, всегда придерживаю двери в магазине мамочкам с колясками, не грублю кассирам и официантам и хочу, чтобы ко мне относились соответствующим образом. Москва, конечно, тоже не идеальное место в этом плане, но с омскими правилами и порядками в сравнение не идет. Я люблю, когда на улице чисто. Я живу в Чертаново, и у меня чисто. Я не люблю, когда правила игры устанавливают хачики на крутых тачках. Люблю, когда могу купить интересные мне журналы в любом ларьке, если говорить о мелочах. Вот так все это неудовлетворение и раздражение накопилось, я уехала. Я бы вернулась в Омск, только если бы моя семья этого захотела. Сейчас я живу в Москве только благодаря маме и папе, ни на секунду об этом не забывая. Что касается работы, то сейчас я сдала сессию и бездельничаю. Я прошла учебную практику и стажировку в журнале Interview, потому что всегда мечтала поработать там. Очень бы хотелось в сентябре вернуться туда, а если нет, то поработать в другом качественном глянцевом журнале. 

Алексей Парфун, 32 года, Екатеринбург, генеральный директор телеканалов СТС и «Перец Екатеринбург», меньше года не в Омске 
Решение уехать принял в конце 2013 года. Причин было несколько, ключевая –  желание развиваться дальше, в первую очередь профессионально, конечно. Возможность поработать на рынке Екатеринбурга в холдинге «СТС медиа» – великолепная возможность это сделать. В Омске аналогичных вакансий не нашлось. 

Конечно же, вариант вернуться не исключаю ни в коем случае. Омск – мой родной город, который очень люблю. Но пока мои задачи тут. Буду работать над их реализацией. 

Насчет возвращения пока не загадываю, но в жизни бывает все. Вот сделаем СТС и «Перец Екатеринбург» лучшими среди всех городов РФ, после этого буду думать. 

Анна Орличук, 19 лет, Санкт-Петербург, студентка, СПбГУ при Мариинском театре под руководством Валерия Гергиева, год не в Омске 
Я сколько себя помню – всегда хотела быть, как Шакира, а чтобы уехать – как-то нет вроде. Но это о детстве. Мы все растем. Сначала детская кроватка, комната, квартира, двор / садик / школа – все кажется бескрайними морями, а потом «бац» – и ни двор, ни школа, ни какие-либо другие заведения нас не воодушевляют. Почти как с одеждой. Так и город становится человеку мал. Не хочется громких заявлений, но и мне Омск стал мал. Я выросла. И после 8 класса это совершенно отчетливо поняла. 

В 9, или грубо говоря, после 9, я поступала в МТК – театральный колледж под руководством Олега Павловича Табакова. Там-то у меня голову и свернуло... Сначала вас 3 с лишним тысячи, после 27, и вот, казалось бы, остался всего один глупый тур, и можно смело отправиться домой собирать чемоданчики, чтобы жить на Чистых прудах и дышать Искусством. Смех один и только... Ай. В общем, нужно было набрать 24, а нас было 27. Так нас и осталось ровно трое, ха-ха. И никаких «В Москву! В Москву!» Естественно, слезы / крики / истерики. И как-то мне и думать дальше не пришлось. Я полюбила людей Там. И сердцем, и душой я всегда Там и останусь. 

На самом деле, можно писать книгу «Моя борьба, или Я и поступление», так что... В 10 классе поступала в Мерзляковское училище при Московской консерватории, но по семейным обстоятельствам не прилетела на третий тур. Но это я тогда прилетела в Москву похохотать на каникулы и сходила заодно... Сходила и с прослушивания получила допуск на 3 сразу. 

А в 11 я долго и упорно готовила себя к театральной жизни. Но это я сейчас уже смотрю за ту пелену столетия и вижу, что дура. После МТК мне хотелось любить себя в искусстве, а не искусство в себе. И томные разговоры женщины, которая все видела и ничего не боится, и сигареты, чтобы передать вселенские страдания, – все это я проходила. Ну, актриса же! Хаха! Но итог один: около 5 тысяч человек на 5 вузов, в каждом из которых должно быть по 24 человека... 3-й тур МХАТа и конкурс ГИТИСа сказали мне «до свидания». И я поехала в СПб. 
Не то, чтобы Омск – плохой город... Я его люблю! И не было бы его в моей жизни, то и меня бы не было. Вообще. Тут мои близкие, мой Дом. Но в данном пространстве я бы не смогла даже попытаться себя реализовать. О каких мечтах можно говорить? Институт культуры?.. А потом в ТЮЗе курочек играть, и то за №спасибо». Грубо, но так ведь. 

Или даже сидишь с друзьями, которых знаешь 948484 лет и все «Я на юрфак. О, а я на эконом. А Саша / Маша / Вася на ФМБ. А ты куда?» И тут я выставляю сакраментальное: «А я в театральное». Люди не понимают. Очень здорово, когда крутят пальцем у виска, когда разговоры про «все куплено, везде все свои» про «о, мы тебя голую по телику будем смотреть'. Меня такое не вдохновляет. 

После Мск я поехала в Петербург поступать в театральное. Не поступила. И что-то занесло меня в Консерваторию... Какая консерва в Омске?.. Я учусь в СПбГУ при Мариинском театре под руководством Валерия Абисаловича Гергиева (ты наблюдал в инстаграме, если я не ошибаюсь). Он и мой декан, собственно. Учусь на оперную певицу. В Мариинке пою немного уже... Но пока еще далеко не волшебник. Я в Омске уже 10 дней, и мне тааак тяжко, словно я месяца 3 уже так... А ребята смеются, мол, это потому, что у нас театров мало и все закрыты летом. Эх.  

Павел Акимов, 23 года, журналист, гражданский активист, живет в Омске 
Есть такой афоризм «Если тебе не нравится то, что тебя окружает, то либо меняй место проживания, либо меняй место проживания». Для большинства так называемой прогрессивной молодежи (я без стеба сейчас) логичный ответ – уехать и попытаться реализоваться там, где больше возможностей. И я ни разу такой выбор не осуждаю. Хотя сам решил пойти немного другим путем и попытаться запустить изменения здесь. Это к вопросу о том, почему не уехал. 

В то же время не могу сказать, что у меня какая-то особо нежная любовь к Омску. Омск – вполне обычный и типичный российский город, просто с ним так исторически сложилось, у меня связано больше, чем с Красноярском или Воронежем. Город образуют люди, которые в нем что-то делают, и Омск здесь не исключение. К сожалению, что касается каких-то городских инициатив, которые мне интересны, то «что-то делать» тут сложновато – Омск всё же болото, где никому ничего не надо. Но у этого болота есть и обратная сторона - Омск очень голоден до многих вещей, которых в нормальных городах завались, начиная от уютной кофейни или бара и заканчивая урбанистическими штуками типа современных трамваев и велодорожек. Так что особо придумывать ничего не надо – бери любую идею да претворяй в жизнь. Ключевой фактор для этого ­– сплоченная команда. По моим ощущениям, людей, чтобы такую команду собрать, здесь достаточно. Несмотря на одолевающую меня временами меланхолию, мне кажется, что здесь действует принцип пилотного проекта: если удастся пробить хоть и небольшой, но удачный проект, который будет иметь успех, то все начнет довольно быстро меняться. На попытку запуска такого проекта в Омске я себе отвел пару лет – если уж совсем ничего не выйдет, то уеду, но по крайней мере сам себе смогу сказать, что хотя бы попытался что-то поменять. Вот это и может стать толчком к отъезду. Тем, кто стоит перед выбором ,я, с одной стороны, посоветовал бы взглянуть на Омск немного по-другому – как на непаханое поле и пространство для экспериментов, а с другой, не давать болоту себя засосать. Важно чувствовать соразмерность происходящему вокруг и все время делать что-то новое. Если в Омске вам это не удается, то, конечно, стоит уехать. 

Алексей Малаховский