Шишов рассказал на суде, как лишил себя зарплаты и спас Олимпиаду

В своем выступлении на сегодняшнем заседании суда по поводу избрания меры пресечения глава НПО «Мостовик» Олег Шишов прошелся по всем пунктам обвинения.

Говоря про вопросы, касающиеся невыплаты зарплаты, Шишов отметил два противоречия у стороны обвинения.

«Первое – я действительно лишил только одного работника «Мостовика» зарплаты, начиная с января и февраля – это директора. На самом деле я материально необеспечен. Я практически продал все свое имущество и автомобили, для того, чтобы жить и ездить в командировки. Поэтому вопрос стоит о том, что, если мы будем терять лучшие кадры, а самое ценное, что есть у нас в «Мостовике» это кадры. К сожалению, часть мы потеряли, потому что государство где-то не совсем справедливо отнеслось к нам и не поддержало в каких-то моментах. Мы сейчас находим варианты, как выйти из этой ситуации. Поэтому моя главная цель – как раз уплачивать все заработные платы», - подчеркнул Шишов.

По словам главы «Мостовика», претензии налоговой – около миллиарда – это порядка 2 процентов от оборота компании на тот период.

«Придут в маленькую компанию – насчитают там 5 рублей, а нам насчитали около миллиарда. Это стабильно, мы всегда с ними спорим, судимся, и эти судебные тяжбы происходят, и сейчас мы находимся в суде по налогам. Но я обращаю внимание, что в настоящее время у «Мостовика» есть переплата, как раз по НДС, более 700 млн рублей, и мы тоже об этом знаем. Здесь нужно разобраться до конца, мы в суде разберемся, сколько же мы должны налоговой, и произвести либо взаимозачет, либо они нам заплатят, мы им заплатим. Никакого уж точно обогащения или хищения лично я точно не мог иметь. Поэтому считаю эти обвинения необоснованным, и уж точно преждевременным, и может получиться так, что налоговая должна возвращать нам больше, чем нам сейчас предъявляют», - высказал свою позицию про взаимодействие с налоговыми органами Олег Шишов.

Рассказал он и о ситуации по Западному обходу Омска и олимпийским объектам.

«Мы получили действительно аванс, который мы отработали. Аванс получили в декабре – это действительно так. Но здесь есть некоторые обстоятельства, на которые я хотел обратить внимание. Научно-производственное объединение выполняет одновременно много в основном государственных контрактов. Как правило, на эти государственные контракты финансирование идет нестабильное, неритмичное. И, в частности, по тому же Западному обходу фактически в течение около девяти месяцев вообще не был финансирования. А мы выполняли работы, несли затраты за счет кредитных ресурсов. А следствие делает вывод, что мы не намеревались выполнять эту работу. Так зачем же мы тогда привлекали столько средств и строили этот объект? Нелогично.

Действительно, в декабре 2013 года – в конце, в последние дни, мы получили аванс. Но в это время, так уж получилось – наверное, это для нас было испытание, которого, может быть, мы и не переживем, – мы заканчивали огромное количество, большое количество не только тех работ, которые мы по комплексу выполнили, взяли выполнять олимпийские объекты, но и тех, которые некоторые подрядчики бросили. До Олимпиады оставались считанные дни, недели, счет шел на часы, и все средства, которые у нас были, мы расходовали.

 У нас все счета прозрачные, финмониторинг Российской Федерации, и другие следственные органы знают, куда эти деньги ушли. Поэтому да, действительно, мы попали в такую ситуацию, когда нужно было, и нам говорили руководители сдать, закончить эти объекты и особенно центральный стадион, что для нас было неожиданностью, биатлонный центр – это не наши были объекты. Но мы должны были их спасать перед олимпиадой. У нас своего хватало. Но, тем не менее, мы справились с задачей. И после того, как Олимпиада закончилась, банки обрушили на нас претензии.

Мы не смогли справляться, и нам было очень трудно. В связи с этим, уходя от недружественного банкротства, мы были вынуждены подать на самобанкротство и как-то с трудом выполнять наши обязательства. При этом возникли дополнительные затраты», - сказал суду Олег Шишов.

«Мы опять же с вашей поддержкой проводили судебную экспертизу, чтобы определить все-таки какова стоимость затрат наших, сравнить с разницей, определить разницу. И раз уж заказчик – не буду комментировать – не хотел поддержать, разорвал досрочно контракт, мы естественно, в рамках действующего закона по завершении этой судебной экспертизы, определив, какая разница, мы эту разницу будем обязаны компенсировать, чтобы не нанести материального ущерба заказчику и бюджету Омской области. Это наша позиция, мы живем в этом, она рассматривается сейчас в судах. Я не вижу здесь уголовщины и точно знаю, что никогда  в данном случае не обогащался ни «Мостовик», ни я-то уж тем более. Никаких там перечислений, никаких там денег точно не было», - заявил глава НПО.    

В настоящее время судебное заседание продолжается, объявлен перерыв.

Кристина Фомагина, Александра Суханова, Дмитрий Олейник, Ольга Лисина