Муфтий Сибирского региона Анарбек Жунусов

Эхо взрыва в «Домодедово» еще не успело умолкнуть, и вот новый теракт в Грозном. Дым от пластида и гексогена становится устойчивым компонентом воздуха в России? За Уральским хребтом воздух чище, но вот свежая новость, в Башкирии обезврежена террористическая группа, а это уже недалеко от нас. Благословенная Сибирь становится прифронтовой?

Это, наверное, самая загадочная война в истории человечества. Исламский экстремизм, исламизм – это просто ярлык, попытка описать ее в привычных терминах, неказистый способ дефиниции. В попытках найти виноватого до тошноты толерантный Запад готов плевать на политкорректность, с которой целый ХХ век носился, как черт со ступой. «Я должен отметить односторонний характер политкорректности. Когда белый человек допускает определенные высказывания в адрес человека с другим цветом кожи, мы называем его расистом. А когда арабы, чернокожие или азиаты оскорбляют белого человека, их боятся осуждать», – в панике заявляет Дэвид Кэмерон, премьер-министр Великобритании.

Но и привычные националистические штампы, например, в России, тоже не срабатывают. По мнению исламоведов Романа Силантьева и Елены Чудиновой, сегодня главная опасность исходит от русских, принявших ислам, – именно они становятся не просто машинами смерти, а теми, кто эти машины заводит. Что экстремистского в имени Александр Александрович Тихомиров, а вот имя Саид абу Саад аль–Буряти уже настораживает, а скажи: «Саид Бурятский», – все ясно, один из самых одиозных и кровавых лидеров Северо–Кавказского подполья. Идеолог и вдохновитель, в жилах которого не было и капли кавказской крови, никакой исламской культуры или традиций тоже с молоком матери не впитал. Полубурят-полурусский вождь вайнахских партизан. Что мусульманского в имени Виталий Юрьевич Раздобудько, а проходит по делу взрывов в «Домодедово» как предполагаемый активный участник террористической группы «Ногайский джамаат»... B Европе та же проблема. Объевшись вседозволенности, люди стали искать отдушину в традиционно консервативных духовных практиках. И это очень разные люди, и в Исламе они ищут свое. Кто–то, устав от вакханалии порока, ищет строгости и чистоты, кто–то очаровывается мистикой суфизма, кого-то – с учетом современных реалий – привлекает в Исламе строжайший запрет на алкоголь и наркотики. «Отмороженные» ищут среди мусульман себе подобных и льют кровь невинных, в том числе и своих номинальных единоверцев. Подобный ищет подобного, а дураки и мерзавцы встречаются, увы, в разных нациях и разных конфессиях. Кстати, определение Елены Чудиновой, что «не все мусульмане – террористы, но все террористы – мусульмане», отнюдь не бесспорно. Итальянские «Красные бригады», Ирландская республиканская армия, мексиканские партизаны субкоманданте Маркоса, испанская «ЭТА», состоящая из католиков-басков, губят людей почем зря без всякого исламского фактора, в Индии приверженцы индуизма громят буддийские, мусульманские и христианские святилища... Об этом и многом другом с нашей редакцией согласился побеседовать заместитель главного муфтия Азиатской части России, Муфтий Сибирского региона Анарбек Жунусов.

Вопрос: Людей взрывают, люди боятся. Этот ужас для простого человека кроется не в исламском фундаментализме, которого он в глаза не видел, а в «лице кавказской национальности», но у террориста-смертника, как выясняется, может быть вполне славянское лицо. Анализ угрозы с позиций национализма начинает буксовать. Тогда продолжают муссировать «исламский фактор». Но мусульманские лидеры в России публично проклинают убийц–шахидов? И встает во всем неприличии вопрос – что все-таки движет экстремистами?

– Искренне верующий мусульманин точно так же ненавидит террористов, как христианин или атеист. Мы, скорее всего, имеем дело не только с экономическим, но и с колоссальным духовным кризисом современного мира. Мир мечется в поисках выхода – худшая его часть ищет этот выход в убийстве себе подобных. Когда нам плохо, кто-то непременно должен быть виноват. Люди задают этот вопрос политикам, а у тех нет адекватного ответа, и самые нечистоплотные из них назначают виноватых по национальному или религиозному признаку. И ведь эти политические деятели вроде умные люди, и знают, что все традиционные религии учат добру. Но в любом вероучении кто-то находит для себя оправдание для страшных поступков. Это как фраза, вырванная из контекста: при тенденциозной трактовке она может извратить весь смысл книги. Даже такой, как Библия или Коран. Это и есть тот самый человеческий фактор, когда «Не убий», «Не укради» не замечается, а «Не мир я принес, но меч» становится руководством к действию. Да проще можно сказать: «В семье не без урода», – но это ведь не значит, что из уродов состоит вся семья. Парадокс, но экстремисты от религии это, как правило, совсем не религиозные люди. Бог – это любовь, а во имя любви не убивают.

Вопрос: Сегодня многие мусульмане в России возмущены безапелляционными антиисламскими заявлениями лидера ЛДПР Владимира Жириновского. Рамзан Кадыров дает вице–спикеру Госдумы жесткую отповедь: «Жириновский преследует цель «вызвать в стране хаос, межнациональные и межконфессиональные войны», – в частности заявил чеченский лидер. Кто готов вызвать Владимира Вольфовича на дуэль? На ваш взгляд, есть смысл в таком возмущении и требованиях сатисфакции?

Владимир Вольфович – это магнитофон: какую кассету в него вставили, такую песню он и поет. На конференции «Россия и исламский мир» Жириновский заявлял, что очень уважает мусульман, тем более, как уроженец Алма-Аты, хорошо знает исламский мир, а сегодня он видит в нас угрозу. Думаю, не следует относиться к его словам серьезно. Это, прежде всего, не глубокий человек. Классический пример конъюнктурного политика. Жириновский всегда поет песни по вкусу публики. Сидят перед ним националисты, он – пламенный националист. Спортсмены, он – лучший друг физкультурников. Актеры, Вольфыч – второй Станиславский. Мусульмане, он нас так хвалит, что хоть его имамом назначай. Знаете, а эти нападки на Ислам напоминают нападки на КПСС времен перестройки. Как будто честных и порядочных коммунистов не было, а сплошь казнокрады и сибариты.

Вопрос: В Москве закончился Архиерейский собор, согласно его решению, православное духовенство, кроме монашествующих, может баллотироваться и избираться в законодательные органы власти. Кто–то немедленно усмотрел в этом клерикализацию власти, подрыв устоев светского государства. Кто–то, наоборот, приветствует приход в представительную власть носителей традиционных христианских ценностей, т. к. духовенство по определению является носителем здорового консерватизма, традиций? Пришло время духовенству традиционных конфессий творить законы?

– Знаете, для мусульманского духовенства такого запрета идти в органы власти никогда и не существовало. А такое решение Архиерейского собора можно только приветствовать. Священнослужителям присущ здравый смысл, основанный на традиции, это, возможно, и называется мудростью. Думаю, законы, совокупно принятые духовными лицами традиционных для России конфессий, отличались бы человеколюбием и продуманностью. В Омской области духовные лидеры всегда привлекались к социальной и политической работе, и в результате наш регион не знает многих проблем, которые, к сожалению, типичны для большей части России. И это заслуга региональной власти, губернатора. Ведь, что касается межнациональных проблем и методов их решения, ни федеральные центры Москва и Петербург, ни, тем более, Северный Кавказ не могут похвастаться хоть в чем-то похожими успехами. Там, как правило, проблемы решают по мере их возникновения, у нас – не позволяют им возникнуть. Хотя – справедливости ради – нужно отметить и особый, сибирский, менталитет. Сурово у нас, делиться по национальным и религиозным признакам некогда, выживать надо.

Вопрос: Эта тема далека от обсуждаемых нами сегодня, она сугубо местечковая, но острая для нас с Вами, жителей Омской области. Однако, если Вы сочтете этот вопрос неделикатным, мы даже не будем его затрагивать, оставим за скобками интервью. Если Вы не против его обсудить, то вот он, этот вопрос – конфликт губернатора Полежаева и мэра Шрейдера, как его разрешить и что для этого нужно сделать?

Поговорить. Виктору Филипповичу нужно прийти к губернатору и с глазу на глаз решить все проблемы. Тем более, что они столько лет проработали вместе. Мы, лидеры национальных культурных автономий, в течение двух выборных кампаний активно поддерживали Виктора Шрейдера. По этой причине и обратились к нему с письмом, просили разъяснений, хотели понять, что происходит. Мы так же, как и все, получаем информацию из СМИ, а по этой информации понять истинные причины конфликта сложно. Шрейдер – профессионал и попал на пост мэра неслучайно, за ним опыт работы главой Центрального района, первым заместителем губернатора Омской области. Но, возможно, власть портит человека, и мы хотели бы это понять. Искушение властью – самое коварное искушение.

И все-таки закончить интервью мне хочется словами одного мудрого казаха, сказанными почти двести лет назад: «Казахи, держитесь России, дружите с русскими. Не с Китаем или Турцией – у вас общая судьба с вашими братьями, русскими».