Николай Мисюров

Шмон, глушилка, надзиратель. Наши школы в период ЕГЭ напоминают лагеря с неслабым режимом. Или фронты с двумя противоборствующими силами. На одной стороне – идеалисты, учителя и школьники, которые пытаются все по-честному, напротив них жучилы, которые сдают за деньги или при помощи уловок. Против последних все меры безопасности и направлены. Школьнику с такими мерами безопасности шпаргалку не пронести, и телефон отобран. Объективность торжествует: отличники в вузы, двоечники – в грузчики. Одна беда: в Интернете ответы на все вопросы ЕГЭ кто-то уже давно выложил, а смартфонов может быть и два – один сдал на входе в класс, другой притырил – и подглядывай не хочу. Видеокамеры – средство от «списателей», конечно, сильное, но что мешает проплаченному экзаменатору положить перед выпускником листок ЕГЭ с уже проставленными галочками напротив правильных ответов?

Вот свеженькая информация из Чеченской республики: «Что бы там ни говорили в Минобразования, каким бы жестким ни был контроль, система сдачи ЕГЭ за деньги не изжита. Делается это просто. Достаточно заплатить преподавателю определенную сумму, и тогда перед вашим ребенком положат лист с уже готовыми ответами на вопросы экзаменационного билета. Отследить это с помощью видеокамер и звука невозможно. Наши власти просто в очередной раз создают видимость борьбы с нарушениями при сдаче ЕГЭ и вводят общественность в заблуждение. Ни один нерадивый ученик, сын обеспеченных родителей и больших начальников экзамен по ЕГЭ у нас не завалит. И все они потом поедут поступать в вузы Москвы, Санкт-Петербурга».

Конечно, Наполеон Бонапарт, который первым двести с лишним лет назад ввел такую, похожую на ЕГЭ, форму проверки знаний во французских школах о таких хитростях не задумывался, а вот нам приходится. Только потому, что практически,не умеющие писать по-русски дети кавказских гор становятся в России студентами-филологами, ничего не смыслящие в химии и анатомии детки богатых родителей – студентами-медиками и т.д. Но это еще полбеды – студентами, потом за взятки поступившие или хитро списавшие, также за взятки, учатся, получают дипломы и становятся специалистам. Вот они-то нас будут учить и лечить, а мы тупеть и умирать. Свое мнение о ЕГЭ и не только «СуперОмску» высказал доктор филологических наук Николай Мисюров. От себя добавим: приятно с таким человеком разговаривать – зрит в корень!

Вопрос: Снова ЕГЭ и снова конфузы. Нам когда-то удастся сделать этот экзамен объективным?

Николай Мисюров: Не-а, никогда! Объясню почему. Я вчера смотрел передачу по телевизору, в ней цены обсуждались, чтобы вузу вернуть отобранную за махинации с зачислением абитуриентов лицензию, нужно дать взятку в сто тысяч долларов. Хотя из сорока трех тысяч вузов лицензию в прошлом году отобрали только у одного. А что касается базы данных по ЕГЭ – десять тысяч долларов, и база твоя. Если прейскурант всей России известен, то что можно исправить шмоном на входе в школьный класс, в котором ЕГЭ сдают…

Вопрос: Если убрать взяткоемкую составляющую, в чем еще главный изъян ЕГЭ?

Николай Мисюров: Я его, ЕГЭ, сначала сильно не любил, но по прошествии времени успокоился. Сейчас я думаю, что ту форму вступительных экзаменов, которая существовала, нужно было чем-то заменять. Она тоже была необъективной и коррумпированной. Так что ЕГЭ все-таки может существовать. А главный изъян – это примитивность большинства вопросов. Они не на знание – они на догадливость. Это как обезьяна, которая подсмотрит за карманником и научится ловко вытаскивать кошелек из кармана, но вот что делать с деньгами из кошелька, она не знает. Вот и происходит натаскивание абитуриентов по принципу обезьян.

Вопрос: Качество выпускников после введения в школах ЕГЭ снизилось?

Николай Мисюров: Качество выпускников всегда среднестатистическое и не зависит от ЕГЭ. Оно зависит от культурной атмосферы в обществе. А эта атмосфера испортилась. Это как глобальное потепление или похолодание. Вот у нас глобальное понижение градуса культурности. Соответственно и абитуриентов получаем таких, какие есть. Вот недавний анекдот из собственной жизни: выхожу с зачета, сидит девица под дверями моего кабинета и читает Эдгара По в мобильнике. Я ей говорю, ты чего делаешь, она: Николай Николаевич поставьте зачет, я потом честно прочитаю! Потом она прочитает! Когда время будет! Вот чего с этим делать? А ничего не сделаешь.

Вопрос: Гуманитарию необходимо уметь связно излагать свои мысли, и при помощи ЕГЭ это качество никак не протестируешь. Что делать преподавателям вузов, если учиться приходит косноязычный абитуриент?

Николай Мисюров: У нас составители ЕГЭ наверное тоже косноязычны, бывают вопросы настолько безграмотно составлены, что… А если абитуриент, желающий стать словесником, косноязычен, не знаю. У нас сегодня язык настолько засорен, любой – телеязык, общественный. Нужны серьезные усилия, чтобы его очистить, а их нет. Чокнутая Москва занята Болотными площадями, а остальная страна либо пьет, либо смотрит, чего там: «Авангард» проиграет или губернатора сменят…. Или в Красноярске из семи кандидатов один пройдет или не пройдет. Крупное разбилось на необязательные мелочи и заполнило нашу жизнь.

Вопрос: Например, для филолога нужно не только знать, но и любить литературу, как при помощи ЕГЭ эту любовь протестировать?

Николай Мисюров: Не хочу выглядеть ретроградом, но ЕГЭ никак не воспитывает любовь к литературе. ЕГЭ литературу сводит к некой сумме примитивных знаний, вроде дважды два – четыре. Убого: Лермонтов был поручик и написал, скорее всего, «Героя нашего времени», а Пушкин – это «наше все» и вроде написал «Евгения Онегина», а что это «Евгений Онегин»? Может, мюзикл – а пофиг! Может, мюзикл, может, роман…

Вопрос: А зачем вообще все это затевалось, ЕГЭ – следствие или причина отупения?

Николай Мисюров: Великий был человек, ныне покойный, Виктор Степанович Черномырдин, оставил нам в наследство великую фразу: хотели как лучше – получилось как всегда! Подозреваю, что когда ЕГЭ затевали – хотели как лучше: объективизировать, побороться с коррупцией, а получили, даже не хрен редьки не слаще, а гораздо худший вариант! Самое что ни на есть – никому ненужное де..мо!

Кстати, возвращаясь к уже упомянутой мною передаче, она меня просто сразила откровенностью цинизма, не сама передача, а ситуация в ней показанная. Такая топ-десятка незаконных промыслов с наибольшим оборотом теневых средств, от миллиарда долларов до двенадцати миллиардов долларов. Так вот, по теневому обороту денег ЕГЭ обогнал наркоторговлю и проституцию! Значит, сидят эти дяди и тети от образования, которым эта хрень, ЕГЭ, очень и очень нужна. Нужна эта мутная вода из сорока трех тысяч дебильных вузов и сотен тысяч несчастных школ с несчастными училками, которым, конечно, честь и хвала за их работу в невыносимых условиях. И школы наши давно все изношены и не надо нам трындеть, что они все такие, как школа, которую Путин посещает! Вот и ловят эти дяди и тети в этой мутной воде то, что им надо. Потому что деньги-то государство выделяет большие, чтобы эта хрень хоть как-то работала.