Сергей Рудометов

Более четырех часов общения с журналистами, десятки вопросов от 1226 журналистов Владимир Путин выдержал внешне легко, демонстрируя хорошую физическую и интеллектуальную форму. Иногда это было интересно, иногда формально. Но для нас, наблюдавших пресс-конференцию президента России по телевизору, осталось за кадром главное – реальность происходящего. Так что в этой связи интервью с нашим главным редактором Сергеем Рудометовым выглядит более чем логично.

Итак, слово Сергею, который Путина видел и слышал, но, к сожалению, не спросил.

Вопрос: Для подавляющего числа жителей России президент – это чисто виртуальный образ. Путин существует на самом деле?

Сергей Рудометов: Мало того, что существует, он доказал, что существует в прекрасной физической и эмоциональной форме. По-моему, демонстрация этого была одной из целей пресс-конференции. Президент вышел подчеркнуто бодро и говорил более четырех часов, немного не дотянув до собственного рекорда 2008 года. А тогда он говорил четыре часа сорок минут. Многие журналисты к концу пресс-конференции начали ерзать, возможно, многим просто захотелось в туалет, а Владимир Путин был, конечно, выше банальной физиологии.

Вопрос: В каком настроении Владимир Путин провел пресс-конференцию?

Сергей Рудометов: Он напоминал спортсмена, который занимается именно единоборствами. Путин вышел в зал, как на ринг или татами. Каждый вопрос он воспринимал, как атаку оппонента, которую нужно отразить. И, надо сказать, это ему удалось. Атаки были: восемь раз его спросили, в той или иной форме, о российском ответе на американский «закон Магнитского». И каждый раз Путин находил аргументы в пользу нашего ответа американцам.

Вопрос: Чего в пресс-конференции было больше: режиссуры или импровизации?

Сергей Рудометов: Пожалуй, грамотная режиссура позволяет продуманные импровизации. Знаешь, я присутствовал на многих пресс-конференциях, например, бывшего губернатора Омской области – там просто пресс-служба тупо раздавала журналистам заготовленные вопросы. На этом фоне пресс-конференция Путина выглядела сплошной импровизацией. Теоретически спросить президента можно было о чем угодно. Это по-журналистски приятно, не скрою. Однако в этой свободе вопросного выбора последний выбор все-таки оставался за Дмитрием Песковым, пресс-секретарем президента. Когда он чувствовал, что с Магнитским уже перебор, он просто поднимал человека с плакатом, например, «Кузбасс просит слова!» или «Деревня просит слова!» и менял направление и тональность беседы. Начинались приветствия с мест, передача приветов от земляков спрашивающего и какие-то частные вопросы. Режиссура в ее прямом смысле тоже отчасти присутствовала. Например, я лично видел, как пересаживали на первые стулья с табличкой «резерв» даму в тывинском национальном костюме. При этом ей говорили – пусть вся страна видит, что к Путину едут отовсюду. В первый ряд провели и бывшего редактора газеты «Ваши шесть соток», а ныне депутата Госдумы Андрея Туманова. Это старый «прикол» путинских пресс-конференций: Туманов не пропустил ни одной и на каждой ему дают слово.

Участники пресс-конференции репетируют свое возможное выступление перед Путиным

Вопрос: Таким образом Песков пытается минимизировать количество неудобных вопросов?

Сергей Рудометов: Не исключено. А может, Песков просто выполняет свою работу и старается потрафить сторонникам Путина. А выборы показали, что таких в России большинство. Так что – логично. Но это все равно, по-моему, лучше, чем так называемые «Прямые линии с народом», на которых срежиссировано абсолютно все.

Вопрос: Какой из вопросов или ответов тебе показался наиболее интересным?

Сергей Рудометов: Вопросы – ответы... Мне показался интересным «месседж», как сегодня говорят, посланный Путиным всей стране. Это – стабильность. По мнению Путина, это главное условие развития России. Он несколько раз подчеркивал это, говорил, что не допустит ситуации 1998 года, что считал и считает это своей миссией. Путин уверен, что Россия сегодня – это островок стабильности в море мирового кризиса и рецессии. Так это или не так, конечно, каждый решает сам. Но то, что в ближайшие годы нам не стоит ждать от власти резких телодвижений, абсолютно понятно.

Вопрос: Почему не удалось задать наш вопрос президенту?

Сергей Рудометов: Потому что на мне не было красной рубахи, национального костюма или, на худой конец, связки воздушных шариков. Оказывается, именно так можно было привлечь внимание Пескова. Оглядываясь в зал можно было подумать, что присутствуешь не на пресс-конференции президента, а на КВНе. Там же принято поднимать плакаты, поддерживая своих.

Справа от меня сидел коллега с огромным транспарантом «Региональная Россия», слева китаец со скромной по размерам, но, как оказалось, с более значимой табличкой «Синьхуа», за мной астраханец с красным воздушным шариком. На этом пестром фоне шансов у Пескова заметить мою поднятую руку просто не было. Земляк из «БК», Стас Жоглик попытался было воспользоваться подаренным участникам пресс-конференции перекидным календарем, написав на его обратной стороне – «Омск», но какой там «Омск» на фоне зазывных «Нефть!» или «Деревня просит слова!». Остается порадоваться за корреспондента «Комвестей» Инну Сальникову, которую все-таки заметили. Чем ей удалось привлечь внимание Пескова, я не знаю: сидела она далеко от меня. Сальникова задала вопрос про выборность губернаторов. Путин ответил, что он, оказывается, не против, вот только с национальными республиками проблемы, поэтому, дескать, надо повременить с полной демократией. Ответ интересный и к Омску вроде бы имеет отношение, но не более, чем к другим регионам страны.

Вопрос: Значит, надеяться на какой-то эксклюзив совсем не приходится?