Вячеслав Двораковский, мэр города Омска, депутат Омского городского Совета пяти созывов

«СуперОмск» продолжает серию юбилейных интервью, посвященных грядущему совсем скоро 20-летию Омского городского Совета. Сегодня в эксклюзивном интервью нашему изданию мэр Омска Вячеслав Двораковский рассказывает о своем личном  депутатском прошлом, о горсовете сегодня и о многом другом.  У Вячеслава Викторовича уникальный опыт – он возглавлял городской парламент  как спикер и сегодня возглавляет городскую исполнительную власть  как мэр и поэтому может квалифицированно сравнивать, что труднее – издавать законы или исполнять их.   

– Вы были депутатом Омского городского Совета с 1996 по 2012 годы – случай, если не ошибаюсь, беспрецедентный. Если вспомнить, чем отличался парламентарий Двораковский 1996 года от парламентария Двораковского 2012 года? 

Вячеслав Двораковский:  Ровно тем, чем отличается дилетант от человека, прошедшего определенную подготовку и получившего опыт. Могу сказать без ложной скромности, что я эту подготовку проходил добросовестно: кое-что познал и кое-чему научился. Так что разница между депутатом Двораковским образца 1996 года и 2012-го – колоссальная. На первых заседаниях того, первого городского совета даже трудно было понять нам, депутатам, с чего нужно было стартовать – то ли с постановления о принятии к рассмотрению, то ли от поправок, то ли от решения самого городского совета. Элементарно нужно было научиться находить  компромиссы между тем, как это должно быть в твоем несколько идеалистичном представлении, и тем, как то или иное решение вообще может быть воплощено в жизнь. Нужно было осваивать или создавать заново технологии воплощения решений, создавать алгоритмы работы.  Нужно было найти оптимальное  соответствие между «что нужно сделать» и «как нужно сделать». И в этом много нюансов – от регламента, а это очень важно, до всевозможных технических моментов. И, знаете, с таким трудно обретенным опытом пришло понимание самого главного – начинаешь представлять, кого конкретно коснется принимаемое тобой постановление. Каким образом постановление будет работать, каковы отдаленные последствия. Словом, те документы, которые мы тогда принимали, перестали быть безликими, за ними появились реальные люди – группы населения, кого непосредственно касались принимаемые нами документы. Рискну предположить, хотя, может быть, это я недостаточно одарен и талантлив, но одного созыва, чтобы понять работу депутата досконально, стать, простите за пафос, народным избранников в полном смысле этого слова, все-таки мало. 

– Есть такое утверждение, что с опытом приходит цинизм, как вы относитесь к этой тезе?

Вячеслав Двораковский: Разумеется, есть такая опасность. Но есть и хорошая панацея от властного цинизма – работать с населением. Почаще смотреть в глаза тем, кто тебя выбрал. Не восседать на Олимпе.

– Какой созыв вам запомнился, как самый яркий?

Вячеслав Двораковский: Второй созыв: 1998-2002 годы. Во-первых, это кризисная ситуация в российской экономике и, соответственно, в бюджете города. Ситуация накалилась до взрыва. И тогда была создана рабочая группа при департаменте финансов городской администрации, и ежедневно поступавшие деньги распределялись этой группой.

– Режим ручного управления?

 Вячеслав Двораковский:  Да. И в первую очередь эти средства распределялись на зарплаты бюджетникам. Хотя статей расходов была масса, а вот доходов… Тогда город и мазут оплачивал, и коммунальные услуги, и зарплаты – всего просто не перечесть. Сегодня уже таких статей расходов просто нет. Была ситуация, когда мы элементарно из-за долгов не могли получить мазут для котельных с омского НПЗ, и топливо к нам шло из уфимских нефтезаводов.  И, помню, с каким апломбом возмущались этому факту и не только этому депутаты. Но вот когда погрузились в работу этой вот рабочей группы – апломб как-то пропал. Наступило понимание. И хорошо, что работа в этой группе было слаженной – не искали недоработки друг у друга, а вместе решали проблемы.  Вот когда сегодня работа с горсоветом организована на таком уровне, то, как иногда говорится, это дает чувство глубокого удовлетворения  или попросту результат.

– Был ли в вашей депутатской карьере коллега, служивший вам примером?

Вячеслав Двораковский: Пожалуй, такой человек был. Не кумир, но в чем-то образец. Это Александр Александрович Кивич. Он умел отделять страсти вокруг проблемы от сути проблемы. И стремился разобраться в любом вопросе досконально. Такой подход мне близок.  Когда при решении проблемы нужно встать на сторону каждого из оппонентов. Только тогда возможна хоть какая-то объективность.  Мне очень импонировала манера Кивича не смущаясь говорить, что эта проблема мне пока не ясна досконально и мне нужно время, чтобы с ней разобраться. Такой подход исключает поверхностность в решениях.

– Есть решение горсовета, принятое при участии депутата Двораковского, которое мэр Двораковский, имея возможность все вернуть, сегодня непременно бы отменил?

Вячеслав Двораковский: К моему великому сожалению, такое решение есть. Большое, резонансное, с серьезными последствиями.  Нельзя было отдавать «Водоканал» в аренду никому. Нельзя.

– А есть решение, которое вы сегодня с позиции городского головы непременно бы приняли, которое облегчило бы вам работу?

Вячеслав Двораковский:  Наверное, такого, назовем, эпохального решения не существует. Сегодня на основании принятых решений можно решать проблемы взаимодействия с городским парламентом. Пусть не сразу, но удается. Самое ценное, что присутствует сегодня  во взаимоотношениях между городской администрацией и городским советом, – это здравый смысл.   

– Вы возглавляли городскую законодательную власть как спикер горсовета. Вы возглавляете городскую исполнительную власть  как мэр. Что труднее – принимать законы или исполнять их?

Вячеслав Двораковский: Если добросовестно относиться к своей работе, то исполнять законы несколько труднее. Хотя, по сути, формируется закон все-таки в недрах исполнительной власти. Закон формируется из реально сложившейся обстановки. Исполнительная власть – многоотраслевая и знает обстановку детально.  Городской совет должен установить правила, по которым будет действовать исполнительная власть. Эти правила должны прежде всего стимулировать развитие той или иной отрасли городского хозяйства. Горсовет – это коллективный разум ограниченного количества депутатов и  плод деятельности такого разума – конкретное  скоординированное решение. А вот исполнительной власти нужно это решение реализовывать, и здесь элементарно людей нужно больше – любое решение так или иначе затрагивает все сферы городской жизни. Так что исполнителям все-таки посложнее, извините за тавтологию, организовывать исполнение по вышеуказанным причинам.

– Есть сегодня проблема, которую невозможно решить администрации города без участия городского совета?

Вячеслав Двораковский: Конечно. И я не стал бы говорить об этих проблемах в единственном числе – таких проблем сколько угодно. Например, грядущее 300-летие Омска. Нам совместно нужно определить исторический центр  города. Чтобы сохранить его в первозданном виде. Сохранить историю города живой. Защитить эту территорию от посягательств, от коммерческого интереса отдельных фирм или отдельных людей. И этого невозможно сделать без городского совета. И вообще все, что касается генплана, развития города невозможно сделать без горсовета. И нельзя этого делать – это мое твердое убеждение.

–  А не возникает иногда крамольная мысль: если бы не городской совет, то у исполнительной власти были бы развязаны руки, и все решения можно было бы реализовывать быстрее?

Вячеслав Двораковский: Я отвечу на эту крамолу и прошу не обвинять меня в популизме. Есть учебник теории автоматического управления. Он начинается с постулата, что управление отсутствует без обратной связи. Это удивительная мысль при всей ее внешней простоте. Если вы в автомобиле повернули руль вправо, то и колеса должны поворачиваться вправо – это и есть обратная связь. Вот городской совет, депутаты и обеспечивают исполнительной власти эту обратную связь с людьми, с населением. Какая бы исполнительная власть ни была многочисленной и совершенной, в ее структуре механизм обратной связи работает слабо. Вот представительная власть и доносит исполнительной волю населения, проблемы и чаяния. Звучит, я понимаю, несколько архаично, но это именно так. Депутаты обобщают, если угодно «упаковывают» для власти исполнительной проблемы и ожидания населения. Вот для этого депутат должен встречаться с избирателями, чтобы очень хорошо представлять  и ожидания людей, и возможности исполнительной власти. Когда это понимание есть, то и не возникает крамольных мыслей – куда бы этих депутатов деть.

– С какими личными качествами человеку ни в коем случает нельзя становиться депутатом?     

 Вячеслав Двораковский: Кто-то из великих сказал, что государственный человек мыслит интересами будущих поколений, политик – интересами будущих выборов. Вот тому, кто относится к первой категории, – тому в депутаты. 

–  Мой традиционный вопрос –  20 лет Омскому городскому Совету. Что это:  зрелость, молодость или такой возраст для парламента – это еще бесшабашное детство?

Вячеслав Двораковский: Этот вопрос сложнее, чем кажется на первый взгляд. Когда я первый раз избирался, я читал буквари по вопросу, что же такое парламентаризм. Масса трактовок, масса точек зрения на этот счет. Мне близка одна мысль – выборы оправданны и эффективны тогда, когда избиратели постоянно находятся в курсе дел, разбираются в происходящем, обладают информацией. В противном случае выборы – это случайность, лотерея. И мне хочется отметить, что омичи за двадцать лет городского парламентаризма стали избирателями из первой категории – достаточно хорошо понимающими, кого и зачем они выбирают. Парламентаризм – это не только депутаты, это еще и квалифицированные избиратели.  Так что в этом омский горсовет пребывает в почти зрелом юношеском возрасте. 

– Чего бы вы пожелали юбиляру – Омскому городскому Совету?

Вячеслав Двораковский: Я пожелаю нашему парламенту видеть перед собой одну главную задачу. Это будущее Омска. Максимально благополучное будущее Омска.  И ради этого пусть у городского парламента всегда будет желание и умение работать. Слаженно и эффективно. Это, по-моему, достойная цель.