Евгений Черноусов, адвокат

В Первомайском районном суде Омска, наконец, начались слушания по делу о резонансном преступлении почти двухлетней давности. Тогда в марте 2013 года у ночного клуба «Ангар» молодой омский боксер Иван Климов был ранен выстрелом из охотничьего карабина в ходе конфликта с представителями цыганской диаспоры.  А спустя семь месяцев после той стрельбы, наделавшей в Омске немало шума, Климов был убит возле подъезда собственного дома. Гибель 24-летнего члена сборной России по боксу произвела эффект разорвавшейся бомбы, вылившись в многочисленные акции протеста. Омской полиции пришлось даже усилить патрулирование в цыганских кварталах, чтобы избежать самосуда.

Процесс по делу о ранении Климова, по сути, предваряет главное судебное разбирательство – об убийстве спортсмена. Обвиняемым по первому делу и одновременно подозреваемым по второму выступает Ян Лебедов, до недавнего времени скрывавшийся от следствия сначала в Екатеринбурге, а затем в Киргизии.  Лебедов был задержан в Бишкеке при попытке вылететь в Европу по поддельному паспорту в декабре 2013 года.  Переговоры об экстрадиции Лебедова в Россию тянулись долгие 8 месяцев. 

О «белых пятнах» в уголовном деле, покровителях обвиняемого и перспективах процесса в эксклюзивном интервью «СуперОмску» рассказал адвокат семьи Климовых Евгений Черноусов.

- Евгений Арсентьевич, как защитник потерпевшей стороны, насколько высоко Вы оцениваете свои шансы в судебном процессе против Яна Лебедова?

- Достижением является уже то, что удалось преодолеть возникшие трудности по экстрадиции обвиняемого Яна Лебедова из Киргизии в Россию. Это стоило нам больших усилий. Добиться экстрадиции мы смогли благодаря содействию общественности, депутатов Государственной думы, а также благодаря огласке по российским федеральным телеканалам. Я считаю, что без показа трагической истории Климова в эфире ток-шоу Первого канала «Пусть говорят» Ян Лебедов не был бы задержан и не было бы никакого судебного процесса.

- В чем, по-Вашему, заключалась причина отсрочки экстрадиции Лебедова в Россию?

- Скажу только, что была получена из разных источников информация о том, что   процедура выдачи Лебедова затягивается умышленно, и нет никаких гарантий, что он не скроется в конечном итоге от правосудия. После того как об этой версии сообщили СМИ, Ян Лебедов в ускоренном порядке был доставлен в Омск.     

- Какие выводы можно сделать по итогам первого судебного заседания, которое состоялось 12 января 2015 года? Есть какие-то принципиально новые моменты в этом деле?

- Дело о стрельбе возле ночного клуба для нас промежуточное, намного важнее – раскрытие убийства. И мы считаем, что оба дела между собой связаны. Первое дело не представляет сложности ни в раскрытии, ни в расследовании – есть и видеозапись, и множество свидетелей. Сложности есть только в расследовании убийства. И наша позиция, безусловно, сходна с позицией стороны обвинения – совершено умышленное причинение тяжкого вреда здоровью. За такое преступление можно лишиться свободы сроком до 10 лет. Мы приложим все усилия, чтобы дело о раскрытии убийства не было положено в сейф. И раз есть рабочая версия о том, что Лебедов причастен к убийству, то она должна быть проверена.

- На чем основывается Ваша позиция в суде?

- Полагаю, что суд обязан принять во внимание очевидные отягчающие вину Лебедова обстоятельства. Это наличие у него судимости за незаконное приобретение паспорта на чужую фамилию, непризнание вины в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Климову, невозмещение потерпевшему – отцу боксера – материального ущерба и морального вреда, нежелание выдать следствию карабин, из которого велась стрельба. Дело в том, что огнестрельное оружие, которое находилось у обвиняемого без соответствующего разрешения, не было представлено следователю. Это могло быть сделано с целью уберечь Лебедова от дополнительного обвинения по части  1  статьи 222 УК РФ за незаконное приобретение, хранение и перевозку в машине огнестрельного оружия. За такое преступление предусмотрено наказание до четырех лет лишения свободы. Кроме того, факт отсутствия огнестрельного оружия не позволил в ходе следствия  провести баллистическую экспертизу. Не удалось узнать, применялся ли этот карабин  при совершении других  преступлений. Также документально не подтверждено, что до совершения преступления Ян Лебедов, согласно его собственной версии, работал перегонщиком автомашин, отчисляя налоги государству.   

- Таким образом, Вы полагаете, что следствие по уголовному делу было проведено не в полном объеме?

- Мы полагаем, что следователи и оперативные сотрудники по своей инициативе обязаны были проверить проживающих в Киргизии и Екатеринбурге родственников Яна Лебедова. Нужно было всеми возможными средствами выяснить, оказывали ли они содействие обвиняемому в укрывательстве от следствия, приобретении фальшивого паспорта, сокрытии карабина, а также причастны ли эти лица к организации и исполнению умышленного убийства боксера. В этом направлении определенная работа проводилась, но только оперативными сотрудниками, а вот следователи проявили пассивность. В ходе следствия так и не были установлены  родственники и знакомые цыгана, укрывавшие его от следствия и суда. Не было установлено, с кем обвиняемый  общался в Екатеринбурге и Киргизии, чем занимался, кто оказывал ему материальную поддержку, совершал ли он в это время какие-либо другие преступления. К сожалению, названные обстоятельства – это сплошное «белое пятно». 

- Известно, что, находясь в розыске, Ян Лебедов или кто-то от его имени через социальные сети конфликтовал с боксером. Удалось ли отработать криминальные связи Лебедова и возможно ли определить степень причастности его окружения к организации убийства Ивана Климова?

- Да, такие меры оперативниками предпринимались. В рамках закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» мною также делались запросы в разные инстанции для того, чтобы прояснить указанные обстоятельства. По полученным сведениям, якобы отец Лебедова – Шевляков Александр Александрович, 1953 года рождения, приговором Омского районного суда Омской области от 1 июля 2004 года осужден по ст. 30 ч. 1,  ст. 228 ч. 4 УК РФ к семи годам лишения свободы за то, что  в начале августа 2002 года в составе группы участвовал в организации  перевозки крупной партии опия из Киргизии в Россию.

Кроме того, в начале июня 2014 года в сводках УФСКН по Свердловской области фигурировало имя Шевлякова Михаила Александровича, 1986 года рождения. Он, предположительно, является братом Яна Лебедова. Из сообщений силовиков следует, что сотрудникам Госнаркоконтроля Свердловской и Челябинской областей удалось перекрыть международный канал поставок героина в Россию. В частности, 3 июня 2014 года в поселке Сосновка г. Челябинска был остановлен автомобиль «Мерседес», где в качестве пассажира находился 28-летний житель Екатеринбурга цыганской национальности Шевляков Михаил Александрович. У него обнаружено и изъято 3 кг 970 граммов героина. По данному факту возбуждено уголовное дело за  приготовление к сбыту наркотиков. 

Мною сделан запрос руководителю ФСКН России с просьбой провести проверку и выяснить, контактировал ли Лебедов с этими своими родственниками в Екатеринбурге и Киргизии.

- Расскажите подробнее о перспективах уголовного дела по факту убийства Ивана Климова. Какие версии сейчас рассматриваются?

- Наиболее перспективной по-прежнему остается  версия, что убийство Ивана Климова было организовано и исполнено с участием Яна Лебедова, которому  известно, кто совершил преступление. Я и Владимир Климов (отец погибшего боксера. – Прим. ред.) не исключаем, что убили Ивана проживающие за пределами Омской области лица. В том числе убийство могли заказать представители ближайшего окружения Яна Лебедова.

Однако у нас сложилось мнение, что следователи не в состоянии раскрыть убийство Ивана Климова и качественно расследовать это уголовное дело. Достаточно посмотреть, с каким трудом расследовалось фактически очевидное преступление – огнестрельное ранение. Поэтому приложим  усилия, чтобы производство по уголовному делу по факту убийства Ивана Климова осуществляли более опытные следователи.

- Евгений Арсентьевич, получилось так, что вы одновременно являетесь адвокатом по самым резонансным сегодня в России нераскрытым умышленным убийствам – убийство известного омского боксера Ивана Климова и убийство модели из Екатеринбурга Юлии Прокопьевой. Вы считаете это случайностью?

- Нет, не считаю. Полагаю, что так случилось по причине того, что, прежде чем стать адвокатом, я проработал после окончания Высшей следственной школы 30 лет на следственно-оперативной работе в МВД СССР и России. Последние десять лет перед уходом на пенсию – в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам Главного управления уголовного розыска МВД России, участвовал в раскрытии не  одного десятка сложных, тяжких  преступлений, в том числе групповых убийств, совершенных в разных регионах СССР. Три года был в горячих точках. Этот практический опыт мне помогает в работе адвоката по уголовным делам, связанным с умышленными убийствами.

Относительно дела в Екатеринбурге предстоит тяжелейшая работа, чтобы был отменен оправдательный приговор в отношении фотографа Лошагина. После изучения материалов дела и подготовки апелляционной жалобы, говоря словами Константина Станиславского,  я не верю,  что оправданный судом Лошагин не причастен к убийству своей супруги.