Полезай в кузовок: что мешает раскрутиться дикоросам в Омской области?

Из года в год в Сибири увеличивается добыча дикоросов, однако Омская область пока не может похвастаться особыми достижениями в этой сфере экономики. Компания «Продмассив», по сути являющаяся единственным на весь регион серьезным игроком на рынке, продолжает не спеша и с расстановкой строить в Тарском районе перерабатывающий комплекс и просить областное руководство о поручительстве по привлечению кредитных средств на раскрутку даров природы. Местные же предприниматели и люди, в советское время связанные с заготовкой грибов и ореха, не верят в то, что бизнесу без ощутимой поддержки государства удастся поднять забытую отрасль с колен.

По информации партнерства «Союз заготовителей и переработчиков дикоросов», за последние пять лет добыча дикоросов в Сибирском федеральном округе увеличилась в три раза и составила более 2,2 млн тонн.

Как недавно отметила в интервью ТАСС генеральный директор партнерства Наталья Бобылева, переработкой дикоросов в Сибири занимаются более 30 фирм: удаленность от европейских границ стимулирует развитие более глубокой переработки продукции на месте для минимизации расходов при доставке товара на внешние рынки.

Вникнув тему, надо отметить, что в России сейчас существуют три основных центра по сбору и переработке дикоросов. Во-первых, это Северо-Западный центр, куда входят республика Карелия, Псковская и Архангельская области – в этих регионах бизнес работает на условиях практически полного финансирования со стороны скандинавских партнеров, которых привлекает относительно дешевый российский рынок. Во-вторых, Центральный рынок, продукция которого кормит Москву, и, в-третьих, сибирские регионы. По объемам внимания к дарам природы в зауральских краях и просторах лидируют Алтай, Красноярская и Томская области.

В Омской же области, по официальным данным, сбором дикоросов занимаются свыше 100 тысяч человек, пятая часть всех собранных и переработанных ягод и грибов в виде консервов и кондитерских изделий отправляется на экспорт.

1970-е годы. Сотрудники Тарского госпромхоза на подводах вывозят ягоды и орех, собранные в тайге.

Бизнес блуждает в лесу

Впервые о том, что в северные районы региона хочет зайти инвестор, который сделает ставку на реализацию бизнес-проекта по заготовке и переработке дикоросов, стало известно в 2011 году. Автором идеи стала Ассоциация развития малого и среднего предпринимательства, которая, как тогда сообщалось, провела мониторинг промышленного потенциала района и потребностей населения.

ООО «Продмассив», у истоков создания которой стоит руководитель ассоциации и депутат регионального Законодательного собрания Вадим Морозов, обратило свое внимание на село Черняево Тарского района, где вскоре был выделен земельный участок под строительство перерабатывающего комплекса.

В 2012-м году компания открыла в нескольких селах пункты закупа ягод, однако население не устроила предложенная за дары природы цена. Особого успеха не снискало  и предложение для населения по заготовке веников.

Тогда же генеральный директор компании Елена Смирнова неожиданно заявляла, что у фирмы есть даже планы по запуску в самой Таре линии по производству полуфабрикатов, а в 2013-м и вовсе сообщила, что «Продмассив» будет пересматривать модель бизнеса из-за недостатка сырья и, возможно, откажется от строительства здесь предприятия. Несмотря на это, летом 2014 года «Продмассив» стал победителем первого в истории региона конкурса по субсидированию заготовителей и переработчиков даров природы. Субсидия составила 5 млн рублей, и вскоре компания начала строить в Черняево склад на 365 тонн замороженной продукции. Но с тех пор как отрезало – стройка идет не спеша, а информации становится и того меньше. Тем не менее в минувшем июле портал «Новый Омск» сообщил, что областные власти ведут переговоры с региональным отделением Сбербанка о выдаче предприятию кредита, без которого, как сообщалось, невозможно обеспечить бесперебойную работу «Продмассива».

Работники госпромхоза вывозят из болот собранную клюкву.

- В прошлом году жители севера ягоды заготовили много, ждали хорошей цены, но так и не дождались, - рассказала недавно Елена Смирнова в материале «Российской газеты». - Рынок резко пошел на спад. Спрос на замороженную продукцию на социальных рынках уменьшился в разы. Даже в самых бойких местах продажи провалились. Нам не оставалось ничего другого, как сменить приоритеты, сделать ставку уже не на массовый сбор, а на глубокую переработку. А также заняться активным поиском новых рынков сбыта.

Судя по высказываниям руководителя компании, главной проблемой, которую обострил кризис, стало отсутствие оборотных средств.

- Кредиты под восемнадцать процентов - совершенно неподъемные деньги, это вам любой производственник скажет. К тому же банки, помимо залоговой базы, требуют наличия поручителей с оборотами, втрое превышающими сумму кредита. Молодым развивающимся предприятиям эти условия выполнить невозможно, - поясняет Елена Смирнова. - Нас бы очень поддержал закон о микрозаймах до трех миллионов рублей сроком на три года. При 12 процентах годовых это хорошая возможность спокойно развиваться.

Так в «полевых условиях» происходила очистка клюквы – из ведра ягода сыпалась на землю, сор выветривался ветром.

Этим летом дикоросы с омской пропиской появились на некоторых прилавках Новосибирска, а сейчас компания ведет переговоры с фирмами из Вьетнама и Китая, которым интересны наши соленья и варенья.

Нет стабильности – нет смысла

- Я не верю, что бизнес будет заниматься дикоросами, - говорит бывший директор Тарского госпромхоза Владимир Смирнов, возглавлявший предприятие с 1982 по 1998 годы. – Предпринимателей отпугивает нестабильность урожая и невозможность просчитать объемы доступного сырья в будущем. Нет стабильности – нет смысла заниматься этим. Это все равно, что носить ведрами воду туда, где нет речки – сколько угодно принеси туда воды, но она никогда не потечет и не станет рекой. Единственное, что дает прибыль в наших краях, это лес, а без дотаций, которые должны действовать со стороны государства, любое дело обречено на провал. Не последнюю, а быть может и главную роль, должна играть личность руководителя – он должен любить свою работу, постоянно стремиться ездить и узнавать что-то новое, анализировать успехи и неудачи предприятия.

Руководитель Тарского госпромхоза Владимир Смирнов собирает клюкву.

Владимир Александрович вспоминает о том, что всей системой госпромхозов рулила  Главохота, спускавшая в регионы ежегодные планы по добыче даров леса. С 1960-х годов на всю область было только два госпромхоза – в Таре и Усть-Ишиме, а в середине 1980-х к ним добавился и Тевризский.

- Например, каждый год нужно было добывать орех, хотя наш западно-сибирский кедр хорошо плодоносит раз в четыре года, - рассказывает Владимир Смирнов. - Что делать? Перекрывать другими видами продукции, чтобы конечная общая цифра была по плану. Насколько помню, когда я начинал работать, годовой доход госпромхоза должен был быть 360 тысяч по тем деньгам, хотя, не скрою, к моменту моего прихода о предприятии и выполнении плана особо не заботились. Там была чехарда руководителей, а план выполнялся на 70-80%, а прибыль вообще не выполнялась.

По словам Владимира Александровича, первые три года предприятие пришлось вытаскивать из убыточности. К концу его директорства госпромхоз имел полсотни кадровых работников, собственные танкетки, автомобили, трактора, была грибоварня, цеха по выделке пушнины и переработке, свои столярная, цех металлообработки, кузница и сушилка для лекарственных растений.

Идет процесс сушки собранного кедрового ореха.

Природа меняется

- После того, как вышли на прибыль, пришлось начать ее «прятать», - продолжает Смирнов. – Не слишком стремились ее показывать, иначе нам бы сразу на порядок  увеличили бы планы, а вдруг неурожай? Поэтому «приходилось» увеличивать себестоимость, вкладываться в технику, добавлять премиальные – на них у нас всегда были деньги. Простые сборщики зарабатывали достойно: груздей могли до 100 кг на человека за день собрать, он дороже остальных ценился, хотя по объемам заготавливали больше маховиков и маслят. Килограмм груздей по тем деньгам около 30 копеек стоил. Грибы солили-мариновали и в бочки, которыми машинами доставляли в Омск, а дальше всю продукцию развозили по заводским столовым. Была и обязательная поставка в столовую горкома партии, куда, сами понимаете, старались отправить продукцию получше. Редко, но бывало, заказывали продукцию в банках – тогда сюда доставляли закаточную машину.

Как рассказал нам Смирнов, однажды в Тару уже в конце восьмидесятых приехали за грибами латыши. Закупив пару машин с маринованными маслятами и маховиками, те специально заказали самолет, который доставил сибирское угощенье в Латвию.

- Они потом звонили и рассказали, что, залив свои маринады и наклеив на баночки этикетки, грибочки были поставлены в одну из европейских стран, - вспоминает Владимир Александрович. – В итоге у них получилась сумасшедшая прибыль: купив у нас грибы по 1 рублю 10 копеек за килограмм, реализовать их им удалось за 4 доллара. Потом они еще собирались приехать, но я честно признался, что у нас начали падать объемы, а страну начало лихорадить.

Самым сложным, по мнению бывшего руководителя, остается то, что ориентированному на дикоросы предприятию придется «раскидывать» добытые дары природы на весь год, тогда как их заготовка занимает несколько месяцев.

- Я давно наблюдаю за природой. И могу сказать, что у нас серьезно изменился климат, сдвинулась фаза «весна – лето – осень». То весна холодная и дождливая, то осень теплая и сухая. Пытаюсь смотреть, анализировать и сопоставлять и не могу понять этот «механизм». Хотя просчитать и обосновать эту закономерность не могут даже специалисты. Ну и какой тут бизнес, если повторюсь невозможно просчитать свои ходы и действия наперед? Хотя, с другой стороны, несмотря на все проблемы, мне нравятся сегодняшние времена – каждый может заниматься всем, что хочется.

Снимки из личного архива бывшего директора Тарского госпромхоза Владимира Смирнова, 1970-1980-е годы.