Пропавшие фотографии, экспертиза и возмущенный прораб – будут ли переделывать омский цирк обратно?

Больше трех часов шло заседание в Куйбышевском суде по делу омского цирка. Бывший главный архитектор Омской области, почетный архитектор России, заместитель главного архитектора Омска в 1979-2001 годах Анатолий Лунин требует признать реконструкцию цирка нарушением авторских прав. Анатолий Лунин состоял в трудовых отношениях с «Омскгражданпроектом», который непосредственно осуществлял разработку проектов улучшенной планировки цирка. Вместе с Луниным проектом занимались Юрий Захаров и Михаил Отставной. Последний сегодня также присутствовал в суде в качестве третьего лица.

Два пожилых господина, седоволосые и в белых рубашках – архитекторы Отставной и Лунин пришли в суд отстоять свои права. Мужчины говорят медленно, стараясь разобраться в каждой детали. Анатолий Лунин с тоской и практически отчаянием рассказывает о своем детище. Михаил Отставной поддерживает товарища и бодро нападает на представителя ответчика – юриста от омского цирка Евгения Хохлина. Как потом оговорится Отставной, он был уверен в сегодняшней победе в суде. Пенсионер даже представить не мог, что слова двух уважаемых архитекторов не являются весомым доказательством.

Заседание началось с опозданием. После стандартного обмена любезностями молодой и бойкий защитник архитектора Олег Полежаев сразу заявил о ходатайстве – приобщить к делу доказательства – пояснение истца об изменениях в типовом проекте цирка, видеорепортажи, где иллюстрируются новые интерьеры и интервьюируется директор, который рассказывает об изменениях здания, фотографии до и после изменений, а также копию диплома Анатолия Лунина и документ о присвоении ему квалификации. Суд бумаги принял.

Также архитекторы припасли козырь – свидетеля. В суд пришел прораб стройки цирка Юрий Линиенко, который занимался возведением здания от начала до конца, плотно сотрудничая с авторами проекта.

Но для начала в заде суда было зачитано пояснение истца об изменениях в типовом проекте цирка. Их оказалось немало. Перечислим некоторые их них: изменен цокольный этаж, фойе, сделан прямоугольный навес, высажен обширный газон, за пределы здания вынесены кассы, сделано кафе, организовано освещение. Был переработан фасад здания, расширено крыльцо главного входа. Что касается интерьера – был разработан проект внутренней отделки, так как первоначальный проект вообще практически не подразумевал формирования интерьера здания. Таким образом, внутренняя отделка создавалась абсолютно с нуля. Были спроектированы мозаичные полы с изображением рисунков и так далее.

На фото: бывший главный архитектор Омской области, почетный архитектор России, заместитель главного архитектора Омска в 1979-2001 годах Анатолий Лунин

«Вы расписывались в каких-то документах или это было ваше производственное задание», - поинтересовалась у истца судья Майя Жидкова.

«Не помню, чтобы мы расписывались. Скорее, это было поручение руководителя», - ответил Анатолий Лунин.

«Для вас это было производственное задание?» - решила уточнить Жидкова.

«Да», - подтвердил Лунин, кивнув.

Судья: В материалах дела представлены чертежи здания цирка. Это ваши чертежи или это типовой проект?

Лунин: Мы могли представить только те чертежи, которые сохранялись.

Судья: Что это за чертежи?

Лунин: Это привязка типового проекта.

Судья: Так это привязка типового проекта или это сам типовой проект?

Лунин: Это привязка.

Судья: То есть вы представили привязку типового проекта непосредственно к Омску. А затем вы это привязку улучшили? То есть вы еще раз вот эти чертежи переработали?

Лунин: Да, все верно.

Чертежи разбирались достаточно долго. На рисунки внимания не обратили, зато значение всех аббревиатур и цифр судья подробно выяснил у присутствующих архитекторов.

Настала говорить очередь представителя ответчика. Евгений Хохлин кратко высказал позицию, что менять что-то сейчас экономически нецелесообразно, так как на капремонт были «потрачены бюджетные деньги и немалые».

Майе Жидковой такой ответ не приглянулся.

«Ремонт ремонтом, а мы-то говорим об изменении архитектурного облика. Вот о чем истец говорит. Он же не говорит, что не нужно было цирк ремонтировать. Он говорит об изменении внешнего облика и внутреннего убранства. Об этом же суд процесса. Об экономической нецелесообразности истец вообще не говорит. Он не отрицает, что к этому времени здание само по себе устарело. Вы представляете интересы ответчика. Вы представляете интересы лица, в чем управлении относится здание. Пожалуйста, проводите  капитальный ремонт, но сохраните здание, каким вы его приняли», - высказалась судья.

«Мы не видим оснований сохранять его в том [первоначальном] виде. Потому что мы не видим со своей стороны нарушение чьих-либо прав», - завершил свою идею Хохлин.

Судья: Проходили публичные слушания до начала ремонта здания?

Хохил: Насколько я знаю, да.

Судья: Где?

Хохлин: В горсовете.

Судья: Лунин приглашался? Он мог присутствовать?

Хохлин: Насколько я знаю, мог.

Лунин: Это не ремонт здания, это реконструкция. Нас водят за нос. Если бы новый проект был лучше, мы не поднимали бы этот вопрос. Но он хуже!

На фото: юрист от омского цирка Евгений Хохлин 

Затем был вызван свидетель – прораб стройки цирка Юрий Линиенко. Еще один уважаемый человек и тоже в белом, он громогласно и немного с усмешкой отвечал на поставленные вопросы. На вопрос судьи, как у него складывались отношения с группой архитекторов, ответил: «Отлично».

Линиенко подтвердил, что именно эти архитекторы занимались проектом, рассказал, что ему пришлось учиться в другом городе работе с мрамором и плиткой, поведал, как проходили встречи с директорами омских заводов, которые помогли проекту с алюминием.

«Мы вырезали морды львов из кусочков мрамора. Это была художественная работа. А ее просто взяли и выбросили! Кто это сделал!?  И мрамор весь ободрали», - в отчаянии проговорил свидетель.

Юрий Линиенко также отметил с профессиональной точки зрения, что цирку, как и любому другому зданию, требовался ремонт. Но с полной переделкой здания он не согласен.

Кроме того, свидетель предложил интересную вещь. Нет на руках улучшенного проекта, который разрабатывали архитекторы, зато есть целые альбомы фотографий. Снимки были сделаны сразу после открытия цирка в 1973 году, а альбомы хранились в архиве самого цирка, в Омскгражданпроекте и еще в нескольких организациях. Однако, пояснила судья Майя Жидкова, этих альбомов в наличии нигде не нашли. Куда делись целые своды фотографий – неизвестно. Этого Линиенко не ожидал и потом еще вопрошал у друзей – куда могли деться целые альбомы с практически исторической ценностью.

В зале суда были также просмотрены видеофайлы с репортажами омских СМИ. Была просмотрена проектная документация, техническое заключение. Олег Полежаев заявил ходатайство – провести экспертизу.

Первый вопрос в рамках экспертизы – обладал ли уникальностью улучшенный проект? Если да, то был ли результат творческой деятельности. Если нет, то был ли он нарушен. Сделать экспертизу готов член омского отделения Союза архитекторов России Олег Фрейдин на безвозмездной основе.

Прошли прения, в ходе которых Анатолий Лунин сказал свое резолютивное слово.

«Если бы новый проект был лучше нашего – не было бы вопросов. Деньги бюджетные были потрачены. Деньги были потрачены впустую. За державу обидно. Мы хотели сделать как лучше. А потом приходит компания и все ломает. Я буду бороться, сколько у меня хватит сил», - качая головой, негромко проговорил архитектор.

Суд удалился в совещательную комнату. За время его отсутствия архитекторы и прораб обсуждали старые дела, вспоминали проекты, оценивали с профессиональной точки зрения помещение зала суда и вспоминали мрамор, который с трудом был добыт для омского цирка.

«Выиграем. Ведь все доказано», - с энтузиазмом восклицал Михаил Отставной.

Однако факт наличия авторских прав все-таки остался недоказанным. Поэтому решение судьи было неутешительным для мастеров. В экспертизе отказать, иск оставить без удовлетворения.

Шокированные «приговором» архитекторы поникшие удалились из зала, не веря своему поражению. Как пояснил Олег Полежаев «СуперОмску», вопрос с подачей апелляции пока не решен.