Новый директор омского «Спецавтохозяйства» Валерия Бегма: «Мы никогда не были приютом и не будем»

- Валерия Николаевна, чем вы занимались раньше?

- По специальности я врач анестезиолог-реаниматолог, работала 13 лет в роддоме №1 на улице Либкнехта. Времена были тяжелые, детей надо было воспитывать, я ушла в фармацевтический бизнес, там у меня была хорошая зарплата. У нас всегда дома были животные, а уличных я всегда жалела. В силу определенных причин я ждала, что им кто-то поможет, но люди, которые помогают, у них у самих уже множество собак и кошек. Наступил такой момент, когда я сама взяла на себя заботу о бездомных животных. Возле одного магазина в Нефтяниках были бездомные собаки, сучка родила щенков. Я носила им еду, а однажды я пришла и увидела, что сучки нет, а щенки – 11 штук – сидят без мамки и плачут. Люди сказали, что приезжал САХ и был отстрел. Я поискала сучку и нашла неподалеку, мертвая лежала со стрелой. Сперва я кормила щенков, потом приняли с домашними решение забрать их к себе домой. Дочери мне помогали, пиарили, мы их пристроили. Так началась моя волонтерская деятельность. Сейчас у меня территория, на которой живет 100 животных, 50 кошек и 50 собак. Там есть человек, который их кормит, неравнодушные люди нам помогают. С САХ я сталкивалась несколько раз, поскольку я кормила, стерилизовала животных, были случаи, когда они приезжали и убивали «моих» собак. Они говорили, что их забирают в «приют», а люди верили.

- Как вы поступили на эту должность?

- Все волонтеры бывали в САХ, все время боролись с ним, писали письма в прокуратуру, жаловались, все им все сходило с рук. В декабре я подумала, что наш новый мэр – женщина неравнодушная, у меня появилась информация, что человеку не все равно на наш город и что она жалеет животных, значит, надо пойти к ней. Мы с волонтером Натальей Гущиной с трудом попали к ней и рассказали, что творится в САХ, показали фотографии, предъявили факты. Мы ходили к мэру, однажды она сказала: «Давайте кандидатуры вместо Плеханова!» (прим. ред. Владимир Плеханов – прежний директор САХ, работал с 2014 года по октябрь 2018 года). Я предложила разные кандидатуры, но все они по тем или иным параметрам не проходили собеседование. Последний раз, когда я пришла к Фадиной, она сказала: «Раз вы знаете все законы, видите решения, идите тогда вы на эту должность». Я знала, что многих волонтеров на эту должность не утвердили и согласилась.

- Вы работаете здесь уже три дня, оцените фронт работ, в каком состоянии вы застали САХ и что было в первый день работы?

- В первый день приехали мои руководители из департамента городского хозяйства Шнипко и Деревянченко, представили меня коллективу. У коллектива было полуобморочное состояние. Есть конкретный негатив, есть вопросы: «А что будет дальше?». Я стала вникать, и тут началось: этого нет, этого нет, этого нет. Сейчас пока существует старый САХ. Малое количество вольеров, в которые буквально запихано множество собак. Вот, смотрите, мне ветеринар принесла докладную записку: «Каждый день умирают собаки». И это при наличии ветврача, которая должна их осматривать и оказывать им помощь! Тут коллектив, который работал при другом руководителе. Сейчас у нас идет переформатирование этого коллектива. Моя цель и задача - донести до них, что мы будем работать гуманными способами. Я надеюсь, они меня понимают. Если не будут понимать, будем решать как-то иначе. Но они сами многого не знают. Например, рабочие, выезжающие на отстрел, не знают, чем стреляют в собак. Ветеринарный врач заправляет шприцы, а чем – она им не говорит. Препараты, которые она мне показала, в рамки закона не укладываются. Я сейчас ключ сейфа с препаратами, которые запрещены к использованию в данном случае, забрала, отныне переходим на гуманные методы.

- В САХ будет кардинальная смена штата?

- Сейчас рано еще об этом говорить. А зачем менять штат? Если люди меня услышат, если они готовы работать в гуманных рамках, прописанных законом, то, конечно, работайте. Сколько у нас безработных в Омске? А зарплаты в САХ приличные.

- А ветеринар останется?

- А вопрос с ветеринаром я буду решать. 

- И сколько получают, к примеру, отловщики?

- У них накрутки идут, интенсивность, я так понимаю, отловщики получают порядка 25-30 тысяч.

- Какие ваши первые шаги на новой должности?

- Сейчас, когда я приступила к этой должности, все радуются, что САХ возглавил зоозащитник, но я могу сказать откровенно: САХ – организация, функции которой - отлов, содержание и утилизация трупов животных. Мы никогда не были приютом и не будем. У нас идет переформатирование. Мы переходим к гуманным методам работы. В настоящий период времени мы разбираемся, чем можем отлавливать собак. У нас есть сети СДД-2, они могут использоваться. Конечно, работникам, которые ранее стреляли в собак разными, не всегда разрешенными средствами, было проще выполнять отловы. Но поскольку мы действуем в рамках решения Городского совета № 505 «О гуманном отлове», сейчас у нас гуманный отлов, гуманное содержание. Животные будут содержаться в течение 6 месяцев, за этот период нам необходимо создать сайт, где мы будем выставлять фотографии собак для хозяев, которые их ищут, или тех, кто хочет забрать собаку.

Еще одна проблема: в вольере сидят собаки агрессивные и неагрессивные. И первые буквально разрывают вторых. Вот у нас вчера случай такой был. Агрессивных собак нужно немедленно выводить за рамки вольеров, чтобы там остались те собаки, которые как-то ладят между собой. Я вот на свои деньги купила цепи, поводки, вот они лежат.

- Какие изменения ожидают САХ в дальнейшем?

- Я бы очень хотела, чтобы у нас не было бездомных собак. Но по функционалу мы не можем стерилизовать отловленных животных. По функционалу у меня прописано: отлов и содержание. И у меня есть деньги из бюджета, которые идут на отлов и содержание. Стерилизация возможна только на благотворительные средства. Но у меня очень большие планы, у нас есть ветеринарная операционная, мы хотим открыть ветеринарную службу. Меня в этом поддерживает мое непосредственное руководство – Владимир Шнипко, заместитель директора департамента городского хозяйства. Мы будем оказывать услуги бюджетной стерилизации, как у наших соседей – приюта для собак «Друг», у них очень большой наплыв, мы также можем стерилизовать в рамках ветеринарной операционной, у нас есть право на предпринимательскую деятельность. Будем ставить животным бирки, что стерилизованные. Деньги, которые мы заработаем, будут направлены на наше учреждение: на стройку вольеров, будок, покупку хорошего питания, цепей, ошейников, поводков. Мы можем зарабатывать деньги и должны! При поддержке мэрии хотим открыть кухню, чтобы у собак было горячее питание. Еще в планах строительство вольеров, будок. Мэр нам сказала: «Помогу!»

- А как вы видите решение проблемы сокращения популяции бездомных собак в Омске?

- Только стерилизация. Что делать с собаками потом – тема сложная. Я не думаю, что собаки должны быть на свободном выгуле. Должно быть какое-то ограничение, вольер или цепь. Я могу ее отдать волонтеру, который будет за ней следить и ее пристраивать, могу отдать хозяину. А отпустить на волю – что мы в итоге получим? Эта тема очень сложная. Количество собак в Омске не уменьшается, они размножаются. Для того чтобы нам количество уменьшить, убийство животных не поможет, поможет стерилизация.

- А как планируете быть с 6 месяцами, которые прописаны на содержание собак? Добиваться продления этого срока?

- Нам нужно принимать на уровне Омска закон «О защите животных». В рамках этого закона появится понятие «приют», тогда мы можем открыть большой городской приют. И собаки, которые за эти 6 месяцев не нашли ни нового, ни старого хозяина, будут переводиться в приют, и там уже дальше люди будут их пиарить и устраивать. САХ – это пункт отлова и временного содержания, я говорю об этом во всеуслышание. Люди сейчас обрадовались, что САХ возглавил зоозащитник, но здесь собаки лишь временно. Животные бродят по улицам, и кто-то должен их отлавливать. Но конечная точка должна быть еще дальше.

- А как вы тогда оцените позицию большинства КТОСов, ведь у активистов одна позиция – отлавливать собак. Не нужно ли, на ваш взгляд, пропагандировать среди представителей КТОСов стерилизацию животных?

- А кто будет вести эту пропаганду? С кем говорить? О чем говорить? Все наше население разделено на три группы: первая – сочувствует и помогает животным. Вторая – равнодушные, им все равно на них. Третьи – кому собаки бездомные мешают жить. Те, кто по одну сторону, они забирают с улицы, стерилизуют, пристраивают. А те, кто по другую сторону, они этого никогда не делали и никогда делать будут.

- Возможно ли отловленных вами собак пристраивать на охрану различных муниципальных объектов?

Конечно. Только для этого будет составляться договор, мы составим форму договора. А то собаку посадят на цепь, и рядом нет ни воды, ни еды. А собака – это не сигнализация, надо кормить и ухаживать. Согласно договору, хозяева будут нести ответственность. По договору мы будем иметь право приехать и посмотреть, как живет собака. Вот у Татьяны Дугиной (прим. ред. - директор приюта для собак «Друг») очень большой опыт в этом плане. Они отдают собак на предприятия, и все очень четко прописывается в договоре.

- Приют «Друг» и САХ, которые находятся в одном здании, лет 10 назад сотрудничали, но затем перестали. Вы планируете возобновлять сотрудничество?

- Конечно. Татьяну Викторовну я знаю давно. Мы уже сотрудничаем, вот вчера собаку порвали*, мы отнесли ее к ней.

- Как вам могут омичи помочь?

- Нам нужно все. Корма, кастрюли, большие баки, в которых будем варить еду, газовые баллоны, хотим организовать кухню. Медикаменты, бинты, поводки, цепи, стройматериалы для будок, сами будки. Привозите, нам нужно все.

*Как выяснил «СуперОмск», собака, которую вчера разорвали сородичи, скончалась несколько часов назад, ветеринары уже не могли ей помочь. Вольер, куда ее привезли еще при прежнем директоре Владимире Плеханове, был переполнен, как и другие, и агрессивная собака набросилась на слабую и беззащитную.