Криптовалюты

Доллар - 64,02

Евро - 70,85

Тенге - 0,16

Собственное расследование4178

РАССЛЕДОВАНИЕ «СУПЕРОМСКА»: как омский суд отдал ребенка матери без жилья и дохода?

РАССЛЕДОВАНИЕ «СУПЕРОМСКА»: как омский суд отдал ребенка матери без жилья и дохода?

Борьба за детей после развода – не всегда сложная и запутанная история. Да, каждая из сторон приводит свои аргументы, чтобы оставить ребенка «при себе». Но, учитывая (зафиксированые, кстати, судом) факты, в иных конкретных случаях выводы, сделанные тем же судом, восстают против всякого здравого смысла.

Печально, что эта проблема актуальна для сотен семей Омска. В подобной ситуации оказался омский предприниматель Дмитрий Карев. Он согласился подробно рассказать «СуперОмску» свою историю развода с супругой и судебного процесса за определение места жительства ребенка.

ЧАСТЬ 1. «…Жену мало интересовало, чем мы заняты…»

Екатерина и Дмитрий поженились в 2015 году, и вскоре на свет появился маленький сын Саша (имя изменено). И странности в поведении матери начались едва ли не по приезду из роддома. Уже через месяц женщина, не желая сидеть с ребенком, вышла на работу и стала вести тренировки в нескольких спортклубах. На отца очень быстро легли и остальные родительские хлопоты и бессонные ночи, Екатерина же уделяла сыну от силы 4-5 часов в день. Да и на здоровье ребенка особо внимания не обращала – начала принимать спортивное питание, не предназначенное в период лактации, всевозможные БАДы, непонятные таблетки, не прописанные врачами, тщательно скрывая это от мужа. От такого «коктейля» у младенца пошла аллергия, однако мать и не думала прекращать прием сомнительных препаратов. Дмитрию ничего не оставалось делать, как после консультаций с врачами подобрать искусственные смеси, чтобы не подвергать здоровье малыша опасности.

«С 7 месяцев полностью ребенком занимался я. Я устроил ребенка в плавательный бассейн. Я возил его на занятия, следил за его питанием, чтобы он закалялся, не простыл, рос здоровым. Таким образом, жена переложила на меня все заботы о сыне. Я полноценно, практическими целыми сутками занимался сыном, занимался его развитием и надлежащим содержанием. Жену мало интересовало, чем мы заняты, она занималась собой, своим физическим совершенствованием. Необходимости в ее работе не было, я полностью материально обеспечивал семью. Я считал, что она еще молода, что в ней еще проснутся чувства материнства, но тщетно», – рассказывал Дмитрий суду.

Он окончательно понял, что на супругу никакой надежды нет, вместе с Сашей вел хозяйство, приучая того к домашнему труду, отводил сына в развивающие центры – в общем, заботился всеми возможными средствами. Однако настоящая беда поджидала впереди.

ЧАСТЬ 2. Деньги

Материальных проблем в семье не было – Дмитрий как предприниматель прилично зарабатывал. Но из дома стали пропадать немалые суммы денег. Жена постоянно брала выручку из кассы магазина Дмитрия, тратила астрономические суммы на покупку неких косметических средств, продавала их, а полученное тратила в неизвестном направлении. Более того, Екатерина набрала кредитов в банках, которые тут же снимала наличными, а долги не возвращала. На мобильную связь (якобы) могла за два дня потратить до 5 тысяч рублей.

«Я неоднократно пытался выяснить и спрашивал у ответчика, куда пропадают постоянно большие суммы денег, зачем и на какие цели ответчик оформляла на свое имя кредитные карты, но ответа на данные вопросы я не получал. Притом что все расходы на содержание семьи мной оплачивались полностью, так что и ребенок, и на тот момент жена не нуждались ни в чем», – удивлялся Дмитрий.

Когда ситуация окончательно вышла из-под контроля, он отвел жену в клинику. Вердикт неутешительный: заключение врача-психотерапевта свидетельствовало о проблемах с психикой и предполагало возможное употребление запрещенных препаратов…

ЧАСТЬ 3. Развод. Суд. Выселение

Дмитрию ничего не оставалось, как съехать на другую квартиру на Левом берегу, перекрыв доступ супруге к легким деньгам, а сын остался с матерью в доме на 8-й Линии. Но воспитанием сына продолжал заниматься в полном объеме, поскольку Екатерина никакого внимания малышу не уделяла. С утра приезжал, готовил еду, гулял с Сашей, купал его, кормил – все как и прежде. Нередко после прогулок оставлял его переночевать в своей квартире на Левом берегу – Екатерина была не против.

«Я понял, что ее не переделать и не привить заботу о сыне, поэтому я принял решение, что мы с сыном будем жить вместе», – вспоминает Карев, отмечая, что опять же жена на тот момент со всем соглашалась.

С мамой видеться он не препятствовал и по ее просьбе отдавал ребенка, которому на тот момент исполнилось полтора года. Настораживало только, что Катя просила привезти сына поздно вечером, после 20 часов, в разные места – то к одному клубу, то к другому. А иногда и вовсе присылала за ним каких-то незнакомых Дмитрию людей. Естественно, отдавать ребенка кому попало отец не хотел, да и такие поздние поездки плохо сказывались на здоровье Саши, нарушали выстроенный режим.

Закономерно весной 2017 года Карев подал на развод и взыскание алиментов с Екатерины. Выписался с ребенком из квартиры на 8-й Линии и зарегистрировался на Левом берегу. Как свидетельствует представленный в суде акт обследования помещения, ребенок обеспечен всем необходимым, детской литературой, игрушками, имеет отдельную комнату.

Женщина же продолжала жить в первой квартире (хотя истек срок договора аренды с фирмой-собственником данной недвижимости), врезала новые замки и наотрез отказалась съезжать, не оплачивала коммунальные расходы. Соседи и сотрудники ТСЖ не раз звонили Дмитрию как бывшему квартиросъемщику, жалуясь, что супруга ведет антисоциальный образ жизни, затапливает соседей, которые вынуждены были через суд взыскивать ущерб.

В итоге состоялся развод, Екатерине назначили алименты. Отец продолжал счастливо жить с Сашей, которому отдавал всю свою любовь и заботу, возил его на море, а бывшая супруга предпочитала роль «воскресной мамы».

«Ребенок все это время для ответчика был как «вещь», которую я обязан был привозить по выходным для игры с ней. За все это время не интересовалась, куда и в какой садик ходит сын, как его дела, что он делает и прочими моментами жизни. Ребенок ездил без особого желания и, когда возвращался от нее, особо ничего не рассказывал. Рассказывал иногда, что с ним гуляет какой-то Женя и Ира – так зовут мать бывшей жены, а мама даже по выходным работает в зале тренером», – говорит Карев.

Проводила время с сыном Екатерина своеобразно. Брала на работу в спортзал, где он был предоставлен фактически сам себе, а ведь такое заведение – источник повышенной опасности, где в любой момент на малыша может упасть блин со штанги или гантеля.

ЧАСТЬ 4. Захват

Все изменилось после того, как собственник жилья выселил Екатерину из квартиры через суд. До октября 2018 года на протяжении двух лет женщину вполне устраивало, что Саша жил с отцом, а она не тратила на его содержание ни копейки и вдобавок пользовалась квартирой «на халяву». 21 октября 2018 года Екатерина забрала сына и пообещала вернуть вечером, но Дмитрий увидел сына только через месяц. Все это время малыш не посещал детский сад, не общался с друзьями, а отец не находил себе места.

«Екатерина безжалостно вырвала сына из привычной обстановки, не заботясь о его переживаниях. Я находился в состоянии паники, я не знал, что мне делать, не знал, как ребенок питается, как засыпает, как мать может следить за ним, если все время на работе. Считаю, что ее действия были направлены на захват ребенка с одной целью – остаться любой ценой в квартире, не допустить выселения. Она знала, что я люблю ребенка, что сын очень привязан ко мне, и что я сделаю так, что ее никто не выселит. Фактически ребенок для нее – разменная монета для ее беззаботной жизни. Цель, которую преследует ответчик, только корыстная – получение выгоды для себя, без заботы о ребенке», – с горечью констатирует Карев.

Предприниматель вынужден был обратиться в полицию с заявлением о розыске своего сына, а также в суд с иском об определении места жительства ребенка и ограничении родительских прав уже бывшей жены. Судебным органам женщина говорила, что Саша посещает детские и спортивные клубы, однако их сотрудники рассказывали Дмитрию, что видели мальчика только раз. Как полагает Карев, мама попросту водила его туда однократно лишь с целью получения формальной справки о посещении для предоставления суду. Фактически же сын брошен на произвол судьбы, рассказал отец судье:

«Из показаний свидетелей мне известно, что с моим ребенком постоянно гуляют какие-то посторонние мужчины и женщины во дворе. Ответчик, даже забрав ребенка, не уделяет ему внимания. Ребенок брошен на произвол судьбы. Факт того, что с ребенком гуляют посторонние люди, ответчиком не отрицается. За месяц проживания с ответчиком мой сын сменил 5 разных детских комнат, так как они не являются детскими дошкольными образовательными учреждениями».

Естественно, прекратились и поездки на отдых, хотя отец за свой счет купил билеты на Новый год в Сочи – встречать праздник именно там стало семейной традицией. Но даже несмотря на просьбы ребенка, мать его никуда не отпустила. Зато находила время для кляуз в различные инстанции на отца, не дает видеться ему с Сашей. Дошло до того, что 13 декабря отец приехал в спортклуб в попытке повидаться с сыном, но директор вместе с Екатериной, со слов отца, заперли ребенка на два часа в подсобке, лишь бы не допустить встречи с Дмитрием.

ЧАСТЬ 5. «Именем Российской Федерации»

Поставить точку и отдать наконец–то Сашу папе мог бы Октябрьский райсуд Омска, НО… Как отмечает Карев, на заседаниях экс-супруга путалась в показаниях, говорила бессвязно, толком не могла ответить на вопросы прокурора и органов опеки. Говорила, например, что ребенок сейчас в одном месте, и через несколько минут на тот же вопрос называла совсем другое.

Казалось бы, все карты были на стороне отца: привязанность ребенка, стабильное материальное положение, участие в воспитании начиная с рождения. Однако суд выносит решение – оставить ребенка с матерью. Мол, все условия у той для содержания сына имеются. Однако…

В материалы дела представлен акт обследования нового места жительства Екатерины и Саши. Однако ответ из полиции гласит, что сейчас она выехала с сыном в Сочи, и в каких условиях они там проживают и там ли вообще, никому не известно.

Екатерина в подтверждение дохода приводила сомнительную справку о зарплате в 35 тыс. рублей от общественной организации «Омская федерация фитнес-аэробики», которая с 2017 года не ведет деятельность. Других подтверждающих документов о доходе у женщины нет.

И самое важное – суду предоставлено заключение органа опеки и попечительства департамента образования администрации Омска. В нем четко высказывается мнение о необходимости определить ребенка для проживания с отцом, руководствуясь интересами несовершеннолетнего.

Любопытный нюанс – представителем Екатерины выступала ее мать Кивилюс (она же Фисенко, Парахина, Токмина) Ирина, а в отзывах на иск появились внутренние документы УМВД, персональные данные третьих лиц, сведения о ряде свидетелей. Быть может, секрет такой информированности кроется в том, что Кивилюс работает юрисконсультом в УМВД по г. Омску? Наводит на мысль, что в личных интересах она могла использовать служебное положение и пользоваться ведомственной базой данных, хотя определенно об этом пока утверждать мы не можем. К слову, Карев уже подал заявление в прокуратуру и ФСБ. Как значится в обращениях (копии имеются в распоряжении редакции), свидетелям звонила именно Кивилюс, принуждая их явиться в суд и заявляя о своей работе в полиции. И не таким ли образом она получала справки в детских садах о том, что якобы Саша туда ходит?

«Судья держится за свое место, ей статистика важнее. Логика такая – мол, всегда оставляют маме и я оставлю, зачем выделяться из массы, идти против системы. Сколько мы ни выступали, ни говорили, чтобы глаза раскрыть… Даже органы опеки дали однозначное заключение, что лучше жить с папой. Но место районного судьи, видимо, дороже, чем чей-то ребенок. Просто не захотела портить статистику перед Новым годом, решение было 24 декабря. Судья ссылается на декларацию ООН от 1959 года, которая даже не является законом Российской Федерации. В общем, плывет по течению, не хочет портить себе статистику и принимает по логике «она же мать».

Проще говоря, если бы судья несла ответственность за дальнейшую жизнь ребенка, таких бы безумных решений никогда бы не было. Одно дело когда делят деньги, машину или квартиру – это не существенно, заработаем еще, здесь ошибки могут быть простительны. Но ведь речь о судьбе ребенка, если что-то случится, уже ничего не исправить», – резюмирует Дмитрий Карев.


Вопросов остается пока много. «СуперОмск» продолжает следить за ситуацией.

 

«ОПРОВЕРЖЕНИЕ. Решением Первомайского районного суда г. Омска от 08 мая 2019 года признаке не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Кивилюс Ирины Федоровны сведения, распространенные общество с ограниченной ответственностью «СуперОмск» в сети Интернет на сайте www.superomsk.ru в статье «РАССЛЕДОВАНИЕ СУПЕРОМСКА: как омский суд отдал ребенка матери без жилья и дохода?», опубликованной 15 февраля 2019 года в 14 часов на сайте по адресу https://superomsk.ru/news/72868-rassledovanie_superomska_kak_omskiy_sud_otdal_rebe/следующие сведения: «принуждая их явиться в суд…»

«ОПРОВЕРЖЕНИЕ. Решением Первомайского районного суда г. Омска от 26 июля 2019 года признаны не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Каревой Екатерины Евгеньевны сведения, распространенные обществом с ограниченной ответственностью «СуперОмск» в сети Интернет на сайте www.superomsk.ru в статье «РАССЛЕДОВАНИЕ СУПЕРОМСКА: как омский суд отдал ребенка матери без жилья и дохода?», опубликованной 15 февраля 2019 года в 14 часов на сайте по адресу https://superomsk.ru/news/72868-rassledovanie_superomska_kak_omskiy_sud_otdal_rebe/ следующие сведения: ««Вердикт неутешительный: заключение врача-психотерапевта свидетельствовало о проблемах с психикой и предполагало возможное употребление запрещенных препаратов…».

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс Дзен.

Перейти к другим новостям из категории "Собственные расследования"
Читать все свежие новости Омска и Омской области