Криптовалюты

Доллар - 65,76

Евро - 74,06

Тенге - 0,17

Домашняя газета379

Яна Романова: «Приезжая в Сочи, волнуюсь до сих пор»

Яна Романова: «Приезжая в Сочи, волнуюсь до сих пор»

Эксклюзивное интервью со знаменитой омской биатлонисткой Яной Романовой. 

Яна Романова – известная российская биатлонистка, заслуженный мастер спорта, серебряный призер Олимпийских игр, многократный победитель и призер чемпионатов мира и Европы. Сейчас Яна Сергеевна возглавляет Федерацию биатлона Омской области. Но темой нашей беседы стало не состояние этого вида спорта в регионе сегодня, а события, произошедшие в Сочи пять лет назад. И то, что за ними последовало.

– Яна, в начале февраля исполнилось ровно пять лет со дня той эстафеты в олимпийском Сочи, когда вы с подругами по команде завоевали серебряные медали. Созванивались ли вы в этот день с Зайцевой, Шумиловой, Вилухиной? Вообще, поддерживаете ли вы до сих пор отношения?

– Конечно, поддерживаем! Совсем недавно обе Оли – и Вилухина, и Зайцева, приезжали по моему приглашению в Омск и стали здесь почетными гостями на празднике «Фестиваль биатлона». В день юбилея нашей серебряной эстафеты мы с девочками не созванивались, но Оля Зайцева выложила в Instagram фотографии, посвященные пятилетию той гонки. Мне это было очень приятно, ведь Оля – двукратная олимпийская чемпионка, и тем не менее та серебряная медаль для нее тоже памятна и дорога. Что уж тут говорить о нас с Вилухиной и Шумиловой, для которых то «серебро» стало высшим достижением в спортивной карьере?!

– Когда ты в мае 2015 года объявила о завершении спортивной карьеры, не было пышных проводов, все прошло как-то тихо и незаметно. Почему?

– Потому что с момента моего прихода в главную биатлонную команду страны, а это произошло в 2008 году, я тренировалась и соревновалась бок о бок с по-настоящему великими спортсменками. Нашим капитаном была Ольга Зайцева, и мы на всех турнирах сражались только за места на пьедестале. И у меня всегда было ощущение, что в этой великолепной команде я была самой слабой биатлонисткой. Чувствовала, что немного не дотягиваю до уровня элиты, топ-спортсменки. Сам факт, что я была в этой команде, – огромное достижение. Но, сравнивая себя с лучшими биатлонистками России и мира, я посчитала, что громкой и пышной церемонии ухода из спорта достойны именно звезды, к которым я себя никак не отношу.

– Как сильно изменилась твоя жизнь после того, как ты закончила карьеру действующей спортсменки? Еще вчера жизнь была подчинена достижению конкретного результата: тренировки, отдых, питание – все расписано по минутам. И вот в одно прекрасное утро ты понимаешь, что ничего этого больше нет. Тяжело было?

– А я начала готовить себя к этому заранее, чтобы все произошло постепенно, а не резко. Уже после Олимпиады в Сочи я понимала, что в спорте мне осталось от силы год-полтора. Тот сезон – 2014/15 годов – получился неплохим. Мы с Лешей Волковым выиграли одиночную смешанную эстафету, которую вот только-только ввели в программу этапов Кубка мира. Но я уже, бывая на соревнованиях в разных уголках мира, где я за годы карьеры стартовала множество раз, постепенно прощалась с ними. И в первую очередь со своей любимой итальянской Антерсельвой, где я бывала на турнирах из года в год. Мысленно я уже тогда перестраивалась на жизнь после спорта. Биатлон стал главным делом жизни, когда я была еще совсем ребенком. И поэтому, конечно, было трудно все столь кардинально менять. Но, с другой стороны, было и какое-то облегчение. Ведь жизнь в спорте высших достижений – это тяжелый, напряженный труд, с ежедневными тренировками. И в нем почти нет места ничему другому: хобби, путешествиям, отдыху. И вот теперь все это стало для меня возможным! Хотя человек устроен странно: сейчас, по прошествии уже четырех лет, после окончания спортивной карьеры мне опять очень хочется вернуться туда – в тот насыщенный и жесткий график тренировок, сборов, соревнований. (Улыбается.)

На трассе

– Сейчас, оглядываясь на свою замечательную спортивную карьеру, что ты сама считаешь наивысшим достижением: успехи на этапах Кубка мира? Медали чемпионатов Европы, универсиады, других представительных турниров? Или все же Сочи-2014?

– Наверное, самым ярким достижением, как ни странно это прозвучит, я считаю медаль чемпионата мира среди юниоров. Да, пусть это был еще не взрослый уровень, но уже – турнир мирового масштаба, и именно тогда я впервые в своей спортивной жизни почувствовала, что добилась чего-то действительно значимого. У меня было ощущение, что я – на взлете. Думалось – еще годик, а там и взрослая сборная России никуда от меня не денется. Я искренне мечтала выступить в 2006 году на Олимпиаде в Турине! (Улыбается.) Но реальная жизнь отличается от мечтаний – в ней все сложнее, и совсем не так быстро. Порой бывало так трудно, что всерьез посещали мысли о том, чтобы бросить спорт. В итоге на Олимпиаду я все-таки поехала – в 2010 году в Ванкувер. Там я слабо выступила в индивидуальных гонках и, соответственно, не заслужила право выступать в эстафетной команде, которая в итоге завоевала «золото». И вот, когда мои подруги, с которыми мы еще пару часов назад были в абсолютно одинаковом статусе, вдруг в отличие от меня стали олимпийскими чемпионками, я поняла, как тонка черта, отделяющая в спорте триумф от провала. Как радовались Зайцева, Слепцова, Богалий, а у нас с Аней Булыгиной эмоции были совсем другие. Но тут уж никто не виноват, кроме нас самих, все было честно. И тогда я решила – я буду пахать еще четыре года, пробьюсь опять в сборную и попробую все же завоевать олимпийскую медаль в Сочи!

– В Сочи ты выступила в четырех дисциплинах. В первой из них, спринте, завершила дистанцию на 19-м месте. В гонке преследования стала 23-й. Индивидуальная гонка на 15 километров, ты – 53-я. Не самые впечатляющие результаты…

– Первые сочинские забеги – сплошное разочарование! Результатов нет, хотя вроде бы тот же спринт я пробежала неплохо. От места на пьедестале меня отделили какие-то семнадцать секунд! Вроде бы, мелочь, но в этой «мелочи» – разница между медалью и унылым 19-м местом! И в ночь перед последней дисциплиной, эстафетой, мне было не до сна. Глаз не сомкнула. Думала только об одном: это мой последний в жизни шанс. И вот мечта начинает сбываться: меня не просто включили в состав эстафетной четверки, но и поставили на первый, мой любимый, этап!

– Бежать первый из четырех этапов эстафеты проще?

– Ну, это уж кому как. Для кого-то любимый этап второй, третий или заключительный. Первый, во многом, самый рискованный. Здесь особенно высока цена падения на лыжне. Ведь в нашем виде спорта падение – это не только потерянные секунды, но и, как правило, испорченное оружие. Представляешь, сколько времени надо, чтобы прочистить забившуюся снегом винтовку?! Не дай бог! Тут сразу можно забыть об успехе, и для девочек, которые побегут после тебя, гонка превратиться в пустую формальность. Зачем рвать жилы ради того, чтобы на финише, скажем, стать пятидесятыми, а не семидесятыми? Какая разница?! Так что первый этап я ни в коем случае не назову более простым, чем остальные. Просто лично мне он легче дается в психологическом плане: сразу сделал, что должен, и дальнейшее от тебя не зависит. Мне очень трудно стоять, скажем, на четвертом рубеже передачи эстафеты, и ждать. Тут недолго и перегореть. Это ожидание сводит меня с ума! А вот контактная борьба, которой особенно славится первый этап и которая многих пугает, мне, наоборот, нравится.

– После того, как ты финишировала на своем стартовом отрезке, чем занималась? Поддерживала на дистанции Ольгу Зайцеву, Екатерину Шумилову и Ольгу Вилухину?

– Вот уж нет! У меня просто не хватило бы нервов смотреть, как девчонки бегут свои отрезки. Я сразу же после своего финиша убежала в домик для переодевания и спряталась там. (Смеется.) Правда-правда! Только по крикам трибун, приветствовавших каждое попадание россиянок в мишень, я узнавала, как стреляют мои подруги. Смотреть самой было страшно. (Улыбается.) Вышла только тогда, когда в домик забежала Зайцева и сказала, что Оля Вилухина подходит к финишной прямой. Когда я узнала, что она на одиннадцать секунд опережает идущую за ней норвежку, поняла: шанс получить медали у нашей команды очень высокий. И все равно, до самого финиша напряжение не оставляло ни на секунду. Ведь случиться может всякое! Все видели днем ранее, как прямо на лыжне от переутомления потеряла сознание француженка. И в этом диком напряжении, в каком находятся спортсмены на Олимпиаде, от подобного не застрахован никто. Тем более что у Вилухиной были проблемы со здоровьем, все гонки после спринта она бегала больной. И вот финиш! Оля, выложившись на дистанции до последней капли, падает от усталости, едва успев пересечь черту. Мы, не помня себя от радости, подбегаем к ней и устраиваем кучу малу! А Ольга Зайцева кричит на нас: «Вы что делаете?! Осторожнее, вы же ее раздавите!» (Смеется.)

С партнершами по сборной 

– Часто вспоминаешь тот момент?

– А я его и не забываю. (Улыбается.) Как же я была счастлива тогда! А еще это было ощущение избавления от колоссального нервного напряжения, огромного чувства ответственности за результат, за себя, за команду. Психологический прессинг был таким, что до сих пор, когда приезжаю в Сочи покататься на горных лыжах, я чувствую большое нервное напряжение, тревогу и даже страх. Настолько в моем мировосприятии те места ими пропитаны! Олимпиада – это праздник для кого угодно, но только не для спортсменов, которые в ней участвуют! (Смеется.)

– Прошу прощения за не самый приятный вопрос, но я не могу его не коснуться. Вы с девушками из той «серебряной» команды оспорили в Спортивном арбитражном суде (CAS) решение МОК, обвинившего вас в нарушении антидопинговых правил. Также в CAS отправили апелляции еще 39 российских спортсменов. Однако рассмотрение дел было отложено. Что в итоге?

– Эта история еще не закончена, и точка в ней не поставлена. У нас благодаря поддержке Михаила Прохорова, который был во время сочинской Олимпиады президентом Союза биатлонистов России, есть адвокаты, которые и выбрали тактику борьбы. В CAS тогда сразу сказали, что в приоритете для них – дела действующих спортсменов, которые претендовали на поездку в Пхенчхан. А мы карьеру закончили, так что наши дела рассмотрят в последнюю очередь. Было непонятно, когда это произойдет и какое решение примет CAS. Поэтому, по совету адвокатов, мы подали иск за клевету в Нью-Йоркский суд к Григорию Родченкову, который стал главным информатором WADA в деле о допинговых злоупотреблениях. Но рассмотрение этого иска – дело тоже не быстрое. Оно, как нам сказали, займет годы. Конечно, хотелось бы, чтобы ясность наступила побыстрее, но главное – чтобы восторжествовала справедливость, и с нас полностью сняли ложные обвинения. Предпосылки к тому, что все для нас закончится хорошо, есть.

– Бывший главный тренер женской сборной России Вольфганг Пихлер утверждает, что российские биатлонистки, с которыми он работал, не принимали запрещенные антидопинговыми правилами вещества. Как ты думаешь, почему весь мир верит не ему, а голословным и бездоказательным заявлениям Родченкова?

– Это действительно странно, учитывая, что у Пихлера в мире спорта – безупречная репутация непримиримого борца против допинга. Он вообще по жизни «боец за правду», и не верить ему нет никаких оснований. Объяснение тут напрашивается только одно: все происходящее – часть большой информационной войны, развязанной против нашей страны.

– А какое у тебя осталось самое яркое воспоминание за эти годы, проведенные в спорте, не связанное непосредственно с соревнованиями, медалями, титулами?

– Не поверишь, но один раз, ради соблюдения спортивного режима, нам с подругой пришлось на улице просить деньги у прохожих! (Смеется.)

– Как так?!

– Мы с подругой были тогда студентками Омского училища олимпийского резерва. И по завершении тренировочного микроцикла наш тренер Владимир Семенович сказал: «Завтра выходной, а сегодня вечером обязательно сходите в баню». А у нас, как это часто бывает у студентов, за несколько дней до стипендии не осталось ни копейки! Мы тогда взяли у тренера в долг 10 рублей – больше у него просто не было. А поход в общественную баню на 25-й линии, самую ближнюю к нам, стоил 6 рублей с человека. Недостающие 2 рубля мы одолжили у Альбины Павловны – дежурной по общежитию. И вот, придя в баню, мы узнаем, что буквально с сегодняшнего дня стоимость посещения бани выросла на 20 копеек! А у нас денег – ровно 12 рублей. Где взять еще 40 копеек? Расстроились мы, конечно, очень. Лена, моя подруга, говорит: «Ну все, попарились. Пошли домой». А мне так хотелось в баню – я вообще люблю это дело! Да и настроилась уже! А идти в общежитие, просить к дежурной было далековато, туда – обратно получалось километра четыре. В итоге стала я просить мелочь у прохожих. (Смеется.) От меня шарахались все как от прокаженной! В итоге прошел целый час, когда какой-то парень сжалился и дал нам рубль. Это было такое счастье! (Смеется.) С тех пор, если у меня на улице кто-то просит мелочь, я никогда не отказываю.

Алексей Одариев

По материалм «Домашней газеты»

 

ДОСЬЕ «ДГ»:

Яна Романова, российская биатлонистка, заслуженный мастер спорта. Родилась 11 мая 1983 года в Кургане. Живет в Омске. Окончила Сибирский государственный университет физической культуры и спорта.

Как и многие другие биатлонистки, сначала занималась лыжным спортом. В биатлон пришла в 1998 году. Проявив себя на универсиаде 2007 года, где она завоевала бронзовую медаль в эстафете, Романова была замечена тренерским штабом основной сборной России. И в сезоне 2007/08 впервые приняла участие в Кубке мира. В своей дебютной гонке она стала тринадцатой в спринте. Романова также оказалась на чемпионате мира, где стала седьмой в индивидуальной гонке.

В сезоне 2009/10 Яна Романова стала постоянно вызываться в состав сборной России и даже поехала на Олимпийские игры в Ванкувер.

Спустя четыре года Яна Романова оказалась в заявке сборной России на Олимпийские игры в Сочи, и на домашней трассе россиянки в составе Романова – Зайцева – Шумилова – Вилухина завоевали серебряные олимпийские медали.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс Дзен.

Перейти к другим новостям из категории "Домашняя газета"
Читать все последние новости Омска и Омской области
Загрузка...