Репортаж из тюремного храма: религия в колонии глазами VIP-сидельца

Колония строгого режима № 6 скрыта от посторонних взглядов высокими мрачными стенами с колючей проволокой. Ранним холодным зимним утром у зеленых ворот встречаются совсем разные люди: женщины с многокилограммовыми «передачками» в клетчатых сумках, известный омский адвокат с дорогим портфелем, одетые не по погоде девушки с горящими глазами, мужчины с военной выправкой в одинаковых армейских ботинках и сине-бело-черном камуфляже. Они все пришли к преступникам, раскаявшимся и не очень.

Девушки ведут себя, как и все влюбленные перед свиданием с «тем самым», известный омский адвокат нервничает и просит не фотографировать и не писать о встрече с ним, мужчины с военной выправкой тихо говорят о чем-то своем.

Омская «шестерка» одна из немногих тюрем в России, в которой есть православная святыня, для поклонения которой в любом городе выстраиваются многокилометровые очереди, – мощи Иоанна Крестителя.

Внутри все, как во многих православных храмах: резные иконостасы и киоты для настенных икон, резные двери между приделами. Все стены храма расписаны евангельскими сюжетами, событиями земной жизни Христа.За церковными стенами протекает вроде бы привычная для такого места жизнь: молятся, исповедуются и участвуют в таинствах. Ведется активная приходская работа, устраиваются просмотры православных фильмов, каждое воскресенье проводить службы приезжает священник, окормляющий храм. Каждый день батюшка все же приезжать не может, поэтому его паства в одинаковых черных робах с бирками служит и вечернюю, и утреннюю службы мирским чином (богослужение, совершаемое в отсутствии священника – прим. ред.).Здесь есть своя библиотека: православная периодика, проповеди, жития святых, акафисты, история и философия Русской церкви, рассказы о жизни святых и подвижниках.Частым гостем храма был экс-глава Знаменского района Омской области Василий Дюборев (на момент публикации этого материала бывший чиновник уже находится на свободе).

«Сам храм является святыней. Но, как и в каждом храме, есть особо почитаемые иконы и священные реликвии. Здесь это мощи Иоанна Крестителя», – говорит Василий Дюборев.

Расхожая фраза о том, что не бывает атеистов в окопах и тонущих кораблях в интерпретации 21 века не потеряла актуальности – будь человек хоть тысячу раз атеист, когда его лишают свободы, он неизбежно переосмысливает свою жизнь и зачастую начинает верить в Бога и просить у него о помощи.

Круговорот тюрьмы в России вечен – все те, кто близко не подходили к тюрьме и не ждали никого из казенного дома, легко напоют на память «…весна опять пришла, и лучики тепла доверчиво глядят в мое окно».

Параллельно с громкими «посадками» бизнесменов и чиновников идет «чистка» самих чистильщиков, поэтому тюрьма стала в жизни общества обычным явлением. И если раньше этого стыдились и о родственниках, попавших за колючую проволоку, боялись говорить, то теперь родственник, находящийся в колонии или в следственном изоляторе, как что-то из ряда вон выдающееся не признается уже никем. И пусть не так страшна тюрьма, как про нее иногда пишут, остается надеяться, что никому из читателей «СуперОмска» не выпадет там побывать.

Взаимодействие пенитенциарного ведомства с Русской православной церковью по воцерковлению заключенных началось 1819 году, когда в Санкт-Петербурге было создано «Попечительское о тюрьмах общество». Законом Российской империи от 15 июня 1887 года все священнослужители, несущие слово Божие в местах лишения свободы, были отнесены в штат тюремного аппарата. В 1999 году между Министерством юстиции и Русской православной церковью было заключено Соглашение о сотрудничестве и во всех епархиях были созданы епархиальные комиссии по координации деятельности духовенства в местах лишения свободы. В настоящее время за реализацию требований федерального законодательства о свободе вероисповедания отвечают помощники начальников территориальных органов ФСИН России по организации работы с верующими.

Фото автора.