Омский пловец-паралимпиец Александр Макаров: «Я был очень зол, голоден и до сих пор не наелся!»

В свежем номере «Домашней газеты» от 2 октября вышло эксклюзивное интервью с трехкратным чемпионом мира 2019 года по плаванию среди паралимпийцев Александром Макаровым.

Чемпионат мира по плаванию, прошедший под эгидой Международного Паралимпийского комитета в Лондоне, стал, вне всякого сомнения, важнейшим для всего российского спорта событием нынешнего сентября. Событием, во многом историческим, ведь это были первые соревнования международного уровня для нашей сборной после многолетнего перерыва из-за отстранения национального Паралимпийского комитета. Более того, именно в столице Великобритании разыгрывались путевки на Паралимпийские игры в Токио. Россияне выступили великолепно, завоевав 33 квоты на Игры­-2020! Одним из героев прошедшего мирового форума стал омич Александр Макаров, трижды поднимавшийся в Лондоне на высшую ступень пьедестала почета. По возвращении в родной Омск трехкратный чемпион мира 2019 года по плаванию среди паралимпийцев дал интервью Алексею Одариеву.

– Саша, давай начнем наш разговор с самых свежих событий. Ты триумфально выступил на чемпионате мира по плаванию в Лондоне. Уже на старте турнира ты выиграл золотую медаль на 100-метровке в плавании на спине, попутно установив рекорд России. Рекорд стал приятным бонусом или ты специально работал именно на такой результат?

– Скажу честно, для меня это стало радостной неожиданностью. Предыдущий рекорд страны продержался, если я не ошибаюсь, около четырех лет. И вот я переписал это достижение – теперь он равняется 2,63 секунды. Вообще, этот заплыв оказался очень интересным. У меня получилось все, что мы с моим тренером Андреем Сергеевичем Франченко планировали, и это дало желаемый результат – по итогам первого же финала я завоевал квоту на Паралимпийские игры-2020. Начало чемпионата мира в Лондоне вышло очень успешным! (Улыбается.)

– Следующее «золото» ты выиграл, быстрее всех проплыв дистанцию 200 метров вольным стилем. Насколько острой была борьба?

– До последних сантиметров водной дорожки. Я очень волновался, и спасибо тренеру, что помог перенаправить бушевавшие во мне эмоции в нужное русло, не дал мне «подгореть». Интересно, что на этой дистанции, как и на первой, я вновь опередил чилийца Альберто Абарцу и россиянина Владимира Даниленко.

– Ты и в третий раз в столице Великобритании поднялся на высшую ступень пьедестала: на сей раз тебе не было равных на 50-метровке на спине. И опять новый рекорд России! Какие эмоции ты испытал, когда узнал свой результат?

– Я не поверил! Правда­-правда! Смотрю, а на табло застыли цифры – 56,7 секунды. Понимаю, что это новый рекорд России, но никак не могу поверить, что он принадлежит мне, ведь предварительный заплыв на этой дистанции получился у меня очень неудачным. А тут вдруг в финале – такой успех. Моего ближайшего преследователя, поляка Яцека Чеха, мне удалось опередить на 2,12 секунды, а в нашем виде спорта, где триумф от неудачи отделяют порой тысячные доли мгновения, две с лишним секунды – огромное преимущество.

– Можешь ли сказать, какая из этих трех золотых медалей далась тебе в Лондоне особенно тяжело?

– На каждую дистанцию приходилось настраиваться индивидуально, потому что они совершенно разные – тут и спринтерская, и стайерская. Но эмоционально и физически самой сложной оказалась 50-метровка на спине. Там попадаешь в воду, и сразу нужно выкладываться – на одной стороне прыгнул, на другой закончил. Тут не получится раскачаться, просто нет на это времени.

– Сейчас, когда первые эмоции после Лондона уже немного улеглись, как ты расцениваешь свое выступление на этом чемпионате мира? По максимуму выступил или мог еще лучше?

– Конечно, я не планировал выиграть три золотые медали. Моей задачей было грамотно проплыть, как учили тренеры. С одной стороны, я показал в Лондоне максимальный результат: три финала – три «золота». Не буду скрывать, доволен своим выступлением. Но лишь процентов на девяносто. Быть довольным полностью никогда нельзя. Ведь это будет означать, что достигнут максимум и прогрессировать больше некуда. А мне явно еще есть куда расти и что улучшать. Особенно в плане психологии – очень уж в моральном аспекте тяжело дался мне Лондонский чемпионат мира. Мысль о том, что я могу в случае неудачного выступления подвести всю сборную, а значит – всю страну, сильно давила.

– Расскажи, что представляла собой подготовка к Лондону, которая дала столь потрясающий эффект?

– Была проведена очень серьезная подготовка к этому турниру, мы усиленно работали на трех сборах подряд. Первый из них был в Крыму, второй – в Туапсе. Но особенно тяжелым оказался последний, третий. Он проходил в Дмитровском районе Московской области, на озере Круглом, и включал в себя тринадцать тренировок в неделю! Но все, как видите, было не зря.

– Для тебя это первые в карьере награды высшей пробы на турнире мирового уровня. Как сам оцениваешь, в чем ты особенно сильно добавил за последнее время?

– Да, это правда, до Лондона в моей личной копилке были только «серебро» и «бронза», завоеванные в июле 2015 года на чемпионате мира, а также две бронзовых и три серебряных медали, добытых на чемпионате Европы в апреле-мае 2016 года. В чем прибавил? Пожалуй, стал грамотнее в тактической борьбе. Я бы даже сказал, что стал хитрее. (Смеется.)

– Кстати, некоторые пловцы в преддверии Паралимпиады хитрят, не показывают свое лучшее время, чтобы обмануть конкурентов и неожиданно для них «выстрелить» на Играх. Может быть, и тебе стоило так поступить?

– Действительно, так делают многие, но я это категорически не приветствую. Меня с первых шагов в спорте тренеры учили тому, что в каждом заплыве я должен выкладываться по максимуму, работать только на победу. Никаких поддавков! И по-другому я просто не могу. Не умею. Готовясь к Играм, для меня важно не «запутать» конкурентов, а работать над улучшением индивидуальной техники и физических кондиций, чтобы подойти к Паралимпиаде во всеоружии.

– Почти наверняка, на главных стартах четырехлетия ты встретишься со многими из тех пловцов, с кем боролся на голубых дорожках в Лондоне. Мнение об основных конкурентах у тебя уже сложилось? Кто они?

– На чемпионате мира выступили все сильнейшие спортсмены планеты, входящие в официальный рейтинг, – более 600 пловцов из 60 стран мира. На кону были 148 мужских и 130 женских квот для участия в XVI Паралимпийских играх. И теперь, если все будет хорошо, действительно встречусь с лучшими из лучших в Токио, через год. Кто наши главные конкуренты? Основными соперниками считаем представителей Италии и Украины, а также Великобритании.

– А китайцы?

– О, их ни в коем случае нельзя недооценивать! Обычно они не «светятся» между Паралимпиадами, везут на чемпионат мира ограниченный состав участников, заранее не раскрывают всех своих карт, но громко напоминают о себе именно на Играх, где, как правило, «выстреливают».

– Как в целом оцениваешь выступление сборной России в Туманном альбионе?

– Вряд ли я в праве выставлять оценку сборной – это дело тренеров и специалистов. Могу лишь сказать то, что видел своими глазами, находясь внутри команды: каждый из ребят достал из себя в Лондоне все, что мог, без остатка, ни к кому нельзя предъявить ни малейших претензий по поводу самоотдачи. Я горжусь ребятами! Мы стали третьими в медальном зачете, а с точки зрения психологии, очень важно, что нам удался столь успешный камбэк после долгого отсутствия на международной арене.

– Плавание – самый медалеемкий вид на Паралимпиадах?

– Да, в плавании разыграют почти треть от общего количества наград, так что у пловцов, пожалуй, самая ответственная задача. Во многом именно от наших результатов зависит, на каком месте Россия окажется в медальном зачете.

– Столь высокая ответственность давит?

– Уже сейчас. И это несмотря на то, что до Паралимпийских игр остается еще почти год – они начнутся в конце следующего лета. Что же будет дальше? (Улыбается.) В Лондоне у меня порой был невероятный мандраж. Засыпал по вечерам, вроде, нормально, но просыпался очень рано, часов в пять утра. Еще бы спать и спать, а во мне уже бурлит адреналин – быстрее бы на старт. Рвался в бой! (Смеется.)

– Давай поговорим не о спорте. Как встретил вас Лондон? В каких бытовых условиях вы жили?

– Все было по высшему классу. И жили, и соревновались мы на объектах, построенных к Лондон­ской Олимпиаде-2012. Впечатляющие сооружения! Относились все окружающие к нам очень по-доброму. Никаких отголосков имеющейся на Западе русофобии мы абсолютно не почувствовали.

– Успел ли ты посмотреть Вест­минстерское аббатство, Тауэр­ский мост, Биг-Бен?

– Ребята ходили, фотографировались, я смотрел их снимки, но сам никуда не ходил. Это мой принцип: приезжая куда-либо, я полностью сосредоточиваюсь на выполнении предстоящей задачи. Только старты – никаких посторонних мыслей, ни в коем случае не расплескать ни капельки эмоций на что-­то другое!

– Вернемся немного в прошлое: насколько сильным психологическим ударом стала для тебя информация о недопуске сборной России к Играм в Рио в 2016 году? Как не опустились руки после такой несправедливости?

– Я почему-то до последнего момента не сомневался, что мы поедем в Рио-де-Жанейро. Просто представить себе не мог, что с нами поступят настолько несправедливо. Когда окончательно понял, что на Паралимпиаду нас все же не пустят, был очень зол! Ни о каких «опустившихся руках» нет и речи – после непопадания на предыдущие Игры я голоден и до сих пор не наелся! Победы на областных и всероссийских турнирах воспринимал лишь как тренировки высокого уровня. Верил, что дисквалификация российских спортсменов не может длиться вечно. Ждал, готовился, тренировался.

– В том же году для российских паралимпийцев, не поехавших в Бразилию, в Подмосковье были проведены Альтернативные игры, на которых ты завоевал три «золота». Насколько сильной поддержкой стали эти состязания для российских паралимпийцев?

– Это была очень большая и очень своевременная поддержка. В том числе и в материальном плане, что стало бонусом за хорошо проделанную работу – лично я на тех Альтернативных играх завоевал три «золота». Но гораздо важнее – поддержка моральная. После того турнира нас, чемпионов, принимал в Кремле президент России Владимир Путин. Впечатления у меня остались на всю жизнь: я впервые лично общался с президентом, впервые побывал в Кремле – Георгиевский зал поразил меня своим великолепием!

– Особенность Альтернативных игр состояла в том, что продемонстрированные российскими спортсменами результаты сопоставлялись с секундами, метрами и баллами, которые показали атлеты всего мира в Рио-де-Жанейро. Ну и как, смог бы ты с результатами, показанными в Подмосковье, претендовать на медали в Рио?

– На том турнире российские спортсмены показали 25 результатов, превышающих мировые рекорды. Но вообще, на мой взгляд, сравнение не совсем корректное. Согласитесь, эмоциональный фон на главных в жизни любого спортсмена Играх и на, по сути, товарищеском турнире, – это две большие разницы. Не думаю, что кто­-то из нас смог показать там сто процентов того, на что был готов на тот момент. Не сомневаюсь, в Рио я проплыл бы гораздо лучше, чем сделал это осенью 2016 года в Подмосковье.

– А ты вообще следил за плаванием на той Паралимпиаде?

– Нет, принципиально не следил. Раз нас туда не пустили, решил, что и смотреть не буду. Результаты потом, конечно, узнал. Мы с тренером впоследствии все проанализировали.

– «Качаешься» ли ты в тренажерном зале, или хватает тренировок в бассейне?

– В зал хожу, но занимаюсь там «без фанатизма». Упражнения на силу – это лишь процентов тридцать от тренировок в нем. Подкачиваю грудь, плечи, руки. В основном же занятия в «тренажерке» – это кардиотренировки, работа на повышение выносливости. Ну а главные нагрузки у меня в бассейне.

– Правда ли, что большая роль в твоих победах принадлежит твоей бабушке?

– Несомненно! Бабушка с детства всегда со мной. Именно она привела меня в первый раз на плавание. И потом возила практически на все тренировки. Настраивала, оберегала, сглаживала неудачи. Огромное спасибо за все ей, маме и моим тренерам. Они всегда в меня верили. И верят.

Алексей Одариев