Каштанка: «Я выбираю жизнь…» В Лицейском театре – премьера

Лицейский театр 14 ноября представил зрителю первую в этом сезоне премьеру – «Каштанка» по одноименному рассказу А. П. Чехова.

Как рассказал в интервью режиссер спектакля Сергей Тимофеев, бывают такие произведения, которые цепляют и «просятся» на сцену.

«Я не знаю, как это происходит, но ты читаешь массу произведений, и вдруг от одного остается в тебе что-то такое, что тебе кажется: это ты поставишь», – признается режиссер.

По словам Сергея Тимофеева, первые попытки поставить «Каштанку» были еще 3-4 года назад, но тогда все ограничилось несколькими этюдами. Затем режиссер и актеры еще несколько раз возвращались к знакомому всем с детства сюжету, и, наконец, год назад началась плодотворная работа, результатом которой стал еще один спектакль в вечернем репертуаре лицеистов.

В самом начале спектакля атмосфера на сцене мрачноватая. Долгая немая сцена в затемненном пространстве сразу завораживает и сковывает, заставляет ожидать чего-то неожиданного и, возможно, странного. За столом сидит человек. Кажется, он спит, но можно также подумать, что он пьян. Это клоун, тот самый, что подобрал Каштанку, потерявшуюся среди зимы собачонку. Узнать в сидящем за столом человеке клоуна достаточно сложно. Ведь воспитанные на советских мультиках взрослые вспоминают внешне добродушного, упитанного клоуна из мультфильма – тогда как перед нами высокий стройный молодой человек, никак не отвечающий сложившемуся стереотипу. Но эта деталь сразу задает тон – все будет не так, как в мультфильме, а возможно, даже наоборот. И между прочим, в дальнейшем это впечатление подтвердилось, хотя от сюжета режиссер практически не отступил. Но воспринималось все в другом настроении, более серьезном. И даже сцены цирка не давали забыть, что мы смотрим взрослый спектакль.

Стоит сказать, что спектакль, особенно поначалу, просто пестрит шутками и колкостями, комичными моментами и нелепыми ситуациями. Зритель не перестает смеяться находчивым саркастическим фразам кота Федора Тимофеевича в адрес гуся Ивана Иваныча: «тот еще гусь», «аристократ, прости господи», «мой лебедь», – называет кот гуся, чем вызывает бурю смеха у зрителей. Также комичны первая ночь Каштанки в доме у клоуна, когда она знакомится с другими обитателями цирка, и многие сцены из репетиций артистов. Смешны и закадровые четверостишия, комментирующие цирковую постановку – свадьбу кота и поросенка.

Но, несмотря на весь задор спектакля и смех, то и дело звучащий в зале, эту постановку можно отнести к развлекательным лишь отчасти. В простом сюжете о чудом нашедшей хозяев Каштанке скрыт глубинный смысл переживаний Чехова об истинном счастье. Это проявляется во взаимоотношениях героев и в той истине, которую артисты вслед за режиссером пытаются донести до каждого зрителя.

На первый взгляд, комичные персонажи раскрываются как личности со своими устремлениями, надеждами и разочарованиями. Здесь, в этом мире дрессированных животных, все как у людей – те же проблемы, то же настороженное отношение к новичкам, чужакам – в данном случае к Каштанке – подсмеивание, подтрунивание над ними с последующим принятием в коллектив. Здесь и верность, и дружба с ссорами, примирением и искренним сожалением об утрате.

Особенно хочется отметить игру Александра Боткина – он исполняет роль Ивана Иваныча. «Тот еще гусь», – называет его в шутку Федор Тимофеевич. Данная фраза как нельзя лучше характеризует этот яркий образ, порой затмевающий и Каштанку, и других персонажей. Александру Боткину удалось передать все грани характера своего героя. Напыщенный, важный, не желающий покорно повиноваться хозяину, но в то же время со своими слабостями, страхами, воспоминаниями и мечтами, он становится понятен зрителю и даже близок. «Но ведь я все-таки летал», – отвечает Иван Иваныч на колкости Федора Тимофеевича. Отвечает чуть дрогнувшим, но уверенным голосом, так что зрителю сразу становится понятно – за гордой осанкой великого гуся-артиста скрывается обычная птица, счастье которой в том, чтобы просто летать. «Летать» в данном случае становится синонимом слова «свобода». И то же самое мы можем наблюдать в мире людей, когда известным людям, популярности и богатству которых завидуют миллионы, не хватает простого человеческого счастья.

Каштанка (Дарья Березовская) получилась яркой, наивной, эдакий «еще ребенок» или «вечный ребенок» с милой улыбкой, но в то же время способный показать зубы, если кто посягнет обидеть. Подкупающая зрителей наивность сохраняется в образе собачонки от первого появления на сцене до самого конца.

Остальные персонажи-животные – это некие карикатурные носители определенных качеств: кот Федор Тимофеевич – хитрость и наглость, поросенок Хаврон, он же Хавронья Ивановна – чревоугодие и отсутствие чувства собственного достоинства. Достаточно узнаваемые и комичные образы. Однако, если бы не характерные звукоподражания животным, то при первом появлении на сцене очень сложно понять, что перед нами за зверь. Зато тем интереснее узнавать героев. Их характеры получились отличными от привычных нам образов вкрадчивого кота и неуклюжего поросенка. Как и в мире людей, в животном царстве у каждого свой характер. Федор Тимофеевич – открыто возмущающийся выходкам клоуна персонаж, которому, тем не менее, не чуждо чувство юмора. Хаврон – простодушный оптимист, не так остро реагирующий на какие-либо ущемления со стороны хозяина.

Стоит отметить, что у всех артистов, играющих животных, во внешнем облике нет их явных признаков, даже одеты они не в соответствии со зверем, которого играют, а скорее, в соответствии с тем типажом, который пытаются передать. И в то же время через голос, повадки зрители узнают и кота, и гуся, и поросенка. Здесь нужно отдать должное игре актеров.

Также вызывает интерес персонаж Вячеслава Еремина – клоун. На протяжении всего спектакля его внешность не вязалась с образом этого смешного циркового артиста. Его можно принять за укротителя тигров, конферансье, но только не за клоуна. Жесткие нотки и интонации его голоса звучат уместно в сценах дрессировки животных, репетиций этюдов, здесь же оправдана и его уверенная походка, высокий рост, строгий взгляд. Но когда клоун надевает свой цирковой костюм, нелепый парик и красный нос, то создается ощущение, что этот костюм с другого плеча, так не вяжется образ клоуна с внешностью артиста. Скорее всего, такое впечатление складывается из-за прошлого опыта – клоун в мультфильме, реальные клоуны в цирках. Но, сидя в амфитеатре цирка, нам не дано узнать, какой человек скрывается под маской арлекина. Спектакль «Каштанка» в том числе обнажает это закулисье, выворачивает наружу все то, что там может быть, включая обращение с животными, реальные характеры артистов, которые могут совершенно не соответствовать их образам.

Поговорим об оформлении спектакля, в том числе музыкальном. Композиции известного балалаечника-виртуоза Алексея Архиповского окунают нас в атмосферу увеселений эпохи Чехова. По-настоящему проникся завораживающим духом цирка артист театра Игорь Коротаев – написанные им мелодии для спектакля не могут не пленять зрителя. Задорные, ритмичные, попадающие под стилистику Архиповского, они дополняют постановку и вносят в нее колорит праздника.

Зрелищность и динамику придают спектаклю танцы, которых в «Каштанке» достаточно много. Танцы и пластические миниатюры завораживают сложностью исполнения и хореографическими находками. И они также погружают зрителя в цирковую обстановку. Отдать должное здесь нужно в первую очередь хореографу Ирине Горэ. Постарались и артисты – все было исполнено на профессиональном уровне.

Необычайный колорит спектаклю и его некую предрасположенность к постановке для детей передают перчаточные куклы животных, которые актеры время от времени надевают на руки и ведут с ними беседы. Вот в этих разговорах героев со своим кукольным двойником как нельзя лучше зрители могут увидеть за маской животного человеческие качества, переживания и мечты.

Вообще стоит сказать, что спектакль вобрал в себя много театральных решений, находок, видов искусства: здесь и музыка, и танцы, и куклы, и животные, ведущие себя как люди, есть и закадровые сцены, и читка отрывка рассказа. Постановка получилась похожа на многогранник, который можно рассматривать с разных сторон.

Нельзя не оценить и роль декораций постановки. Их минимум, но они интересны. Лестницы и металлические конструкции позволяют артистам с легкостью менять местоположение, задействуя разные уровни сцены, что придает спектаклю динамичность, а также схожесть с цирковым пространством.

Также хороша в спектакле игра со светом. Особенно его роль ощущалась в последней сцене спектакля, когда только при свете свечей зритель видит двух актеров, играющих Каштанку и клоуна. Ничего лишнего, только их лица, взгляды и голоса. Оттого так тонко проникает каждое сказанное ими слово в души зрителей, заставляет поразмышлять о сказанном. И только здесь по-настоящему понимаешь, что спектакль, как и рассказ, он для взрослых, точнее больше взрослых, а еще точнее – взрослые лучше поймут. Потому как в конце клоун и убежавшая от него Каштанка спорят о том, где же Каштанке лучше. Клоун уверяет, что у него, в цирке, где собака всегда сыта, где ее ждет успех, ведь у нее талант. На что Каштанка отвечает: «Придется зарыть». «Почему?» – недоумевает клоун. «Потому что здесь все понарошку, а там – жизнь…»

Каштанка возвращается к Луке и Федюшке не потому, что там лучше, а потому что они – ее семья. Выходит, для нее местечко под верстаком, полуголодное существование, но рядом с родными людьми – лучше всех радостей и удобств, которые может предложить ей клоун. Этот факт заставляет каждого погрузиться вглубь себя, снять шоры, сквозь которые мы смотрим на этот мир. Многие люди просто привыкли к тем навязанным ценностям современного мира, забыв о том, зачем мы здесь. Думается, об этом размышлял и Чехов. «Каштанка» – удивительное произведение, удивительная постановка. По словам Сергея Тимофеева, каждый найдет здесь свое. А при ответе на вопрос «для кого поставлен спектакль?» режиссер отвечает: «Для семьи».

«Дети смотрят другой сюжет, не тот, который взрослые – им больше нравится цирк. Но в них попадает какая-то тайна жизни, которая мучает взрослых, и они смотрят на это с уважением. Это что-то загадочное, где всерьез разговаривают о жизни, о творчестве. И они это чувствуют сердцем, они готовы это не понимать, но воспринимать», – делится Сергей Тимофеев.

Спектакль цепляет, выходишь, переполненный чувствами, эмоциями, мыслями. Кажется, нужно время, чтобы разложить все по полочкам, но на самом деле истина проста: надо просто ответить на вопрос «а что для меня жизнь?» и жить, летать, хотя бы пытаться, пока еще есть время…

Елена Радочина