Криптовалюты

Доллар - 63,84

Евро - 70,59

Тенге - 0,16

Домашняя газета1625

Знаменитый боксер Егор Мехонцев: «Микки Рурк – простой, порядочный мужик»

Знаменитый боксер Егор Мехонцев: «Микки Рурк – простой, порядочный мужик»

В свежем номере «Домашней газеты» вышло интервью с олимпийским чемпионом 2012 года Егором Мехонцевым.

Турнир по боксу, который организовывает и проводит в Омске двукратный олимпийский чемпион Алексей Тищенко, вновь стал одним из самых ярких событий в спортивной жизни нашего города. По традиции на этот форум молодых, перспективных бойцов в качестве почетных гостей прилетают легенды мирового бокса. В разные годы это были Феликс Савон, Александр Поветкин, Николай Валуев. В этом году на турнир к своему другу Алексею Тищенко в Омск приехал олимпийский чемпион 2012 года, чемпион мира 2009 года, двукратный чемпион Европы 2008 и 2010 годов Егор Мехонцев. Спортсмен, который на летних Олимпийских играх 2012 года стал единственным российским боксером-мужчиной, вышедшим в финал, и единственным боксером, выигравшим золото, дал эксклюзивное интервью Алексею Одариеву.

 

– Егор, вы приехали в Омск в качестве почетного гостя на соревнования имени Алексея Тищенко. Какие впечатления от этого турнира?

– Впечатления самые лучшие! И в первую очередь – от самой идеи проведения такого турнира. Так и должно быть во всех городах России, мы должны воспитывать молодежь на примере тех людей, которые принесли славу своей стране, всего в жизни добившись своим трудом и целеустремленностью. Подрастающее поколение спортсменов должно знать, кто такой Алексей Тищенко и что он сделал для российского бокса. Ну а что касается непосредственно проведения соревнований, то все организовано на высоком уровне. Да и бокс молодые ребята показывают достаточно качественный.

– А вы смотрели бои Алексея на Олимпийских играх в Афинах и Пекине?

– Конечно! Смотрел, переживал, очень болел за Тищенко. Он проводил отличные бои! Особенно мне запомнилась афинская Олимпиада. Да и лично я с Алексеем знаком очень давно. Когда мы впервые встретились, почти двадцать лет назад, нам было по шестнадцать лет. Вместе росли как боксеры, часто на базе сборной России жили с ним в одном номере. Сборы, залы, соревнования – много мы прошли вместе, и сейчас мне очень приятно быть гостем на турнире, носящим имя двукратного олимпийского чемпиона Алексея Тищенко!

– Вы начали заниматься боксом в 11 лет. По нынешним меркам – чуть ли не ветеранский возраст. Сейчас многие секции набирают детишек уже начиная с пяти лет. Не слишком ли рано?

– Тут, конечно, дело индивидуальное, не стоит всех равнять под одну гребенку. Но все же я считаю, что не надо лишать ребят детства. Выбор, каким видом спорта заниматься, должен быть осознанным. А какой осознанный выбор может быть в пять лет?! Ребенок должен быть в том возрасте, чтобы понимать, что такое бокс и зачем он нужен. Я думаю, что это не раньше чем двенадцать лет. А до этого пусть просто играет в подвижные игры. Да и потом, ресурс человеческий не бесконечен, и в первую очередь психологический. Я вот, например, очень активно развивал свою спортивную карьеру где­-то до тридцати двух лет. А многие, кто слишком рано начинал, «наедаются» уже к двадцати годам.

– Ваш тренер – Леонид Мехонцев. Каково это – тренироваться под руководством отца?

– Всегда завидовал тем, у кого тренеры не были их отцами. Представлял себе, как это должно быть здорово – отработал положенное тебе на тренировке, пришел домой и переключился на совсем другой мир, другие отношения, другие интересы. А вот у меня – что зал, где я тренировался, что дом, в который я приходил после тренировок, – большой разницы не было. Везде и каждую минуту папа старался сделать все так, чтобы из меня получился хороший боксер. Тяжело, конечно. Но ведь в итоге это принесло свои плоды! Значит, все было правильно.

– Существует расхожий стереотип, что дети, усиленно занимающиеся спортом, обычно жертвуют другими школьными предметами. Вы как в школе учились?

– Отличником не был, но старался не отставать в учебе от одноклассников. Мне мама всегда говорила: «Ты должен хорошо учиться, не должен быть отстающим». Занятия в школе начинались в восемь утра, а я до этого уже успевал потренироваться в зале – в полшестого вставал! Но старался, чтобы на учебе это сильно не сказывалось – учился по большей части на четверки, хотя и тройки бывали.

– Спорт – это режим. Многим ли приходилось жертвовать?

– Многим. Я никогда не ложился спать позже двадцати трех часов. Друзья могли позволить себе гулять с девушками по улицам до рассвета или ночи напролет «зажигать» на дискотеках – а у меня режим, мне с утра на тренировку, и надо быть в хорошей форме. Без этой самодисциплины про высокие результаты в спорте нечего и думать. Особенно остро это ощущалось, когда уже учился в институте. Студенческие годы, молодость, одногруппники «тусуются» веселой компанией, а мне так хочется быть с ними! Но, увы… Да что там говорить – я даже не смог присутствовать ни на одном своем выпускном – ни в школе, ни в вузе! Я в это время побеждал на турнирах, шел шаг за шагом к своему олимпийскому чемпионству. А оно никому легко не далось.

– Какие сейчас самые яркие воспоминания от Лондона-2012?

– Думаете, я скажу про золотую медаль? На самом деле, первое, что вспоминается, это замечательное барбекю, которое мы по вечерам ели в Олимпийской деревне! (Смеется.) Нет, правда-правда! Оно прямо стоит у меня перед глазами! А уже потом вспоминаются пьедестал, флаг, гимн. Была большая радость и чувство хорошо сделанной работы. Удовлетворение, что достиг того результата, ради которого мы так много и тяжело работали. Это сложно описать, но сравнимо с тем, как будто у тебя с плеч сняли большой груз. Думалось только о том, что вот теперь, впервые за очень долгое время, мне ничего не надо делать. Как минимум несколько дней я могу просто наслаждаться жизнью. Помню, сдав после чемпионского финала допинг-тест, мы вернулись в деревню, я даже покушать не успел, уже надо было идти на закрытие Олимпийских игр. Посчитал, что раз был на открытии, то надо быть и на закрытии. Такое не каждый день случается.

– Правда ли, что после победы на Олимпиаде получили поздравление из мест заключения, в котором вам написали, что болели за вас всем бараком?

– Да, правда. Мой одноклассник находился в то время в колонии, и от него-то и пришло такое, не совсем обычное, поздравление. Рассказал, что во время боксерского финала Олимпиады охрана в виде исключения разрешила им смотреть телевизор, болеть, свистеть, кричать! Так что, была у меня еще и такая поддержка. (Улыбается.)

– Завершив карьеру в любительском боксе, вы перешли в профессиональный. В чем главное отличие?

– Бокс – он везде бокс, что у любителей, что у профи. Основная разница в том, ради чего ты бьешься. Если раньше я это делал ради медалей, престижа своей страны, то, став профессионалом, интересовался уже лишь соперником и суммой гонорара. Когда я был любителем, то постоянно ощущал себя частью команды – сборной России. А тут ты уже сам по себе. Подписал контракт, узнал, с кем будешь боксировать, и готовишься пару-тройку месяцев только к этому одному бою.

– У вас есть проблемы со зрением – дистрофия сетчатки. Это не последствия ли бокса, ведь за годы карьеры неизбежно получаешь по голове жесткие удары?

– Посмотрите, сколько вокруг людей в очках. У них у всех есть какие-­то проблемы со зрением. Они, что, все бывшие боксеры?! Конечно, нет! После чемпионата мира в Баку мне сказали, что нужно еще раз пройти комиссию. Посмотрели и запретили мне ехать в расположение сборной страны. Благодаря помощи министра здравоохранения Свердловской области я очень оперативно прошел обследование в двух клиниках – у нас, на Урале, и в Москве. Сказали, что дистрофия сетчатки у меня врожденная, а вовсе не из-за занятий боксом. Просто нужно помнить про этот риск и раз в полгода наблюдаться у специалистов. Потом я еще прошел обследование у главного офтальмолога Москвы. В итоге меня признали годным к занятиям спортом и разрешили ехать в сборную. Высокие технологии в этой области медицины быстро развиваются, больших высот достигла лазерная диагностика, проблемы выявляются уже на ранней стадии и успешно лечатся. Так что все более­-менее в порядке.

– У вас дружеские отношения с Микки Рурком. Расскажите, как вы познакомились?

– В годы профессиональной карьеры я большую часть времени жил и тренировался в США. Там же прошли и почти все мои бои. Но жизнь в Америке всегда воспринимал лишь как рабочую командировку. Постоянно чувствовал и знал: мой дом – Россия. Так вот, в боксерский зал, где мы работали, регулярно наведывался Микки Рурк. Он вообще такой человек, что в компании спортсменов ему гораздо комфортнее, чем в актерской голливудской тусовке. Микки очень хорошо относится к России и русским, поэтому не удивительно, что мы с ним стали общаться. Как-то раз он пригласил нас с другом к себе домой посмотреть по платному кабельному каналу боксерский бой за чемпионский пояс. Заказал пиццу, как это принято в Штатах. В общем, очень простой, порядочный, искренний мужик. Так и подружились. С тех пор регулярно общаемся, обмениваемся приветами в соцсетях.

– Когда и из-за чего вы в последний раз дрались вне ринга?

– Очень давно это было. Лет пятнадцать назад я ехал на велосипеде, а два каких-­то пьяных деятеля всерьез вознамерились у меня его отобрать.

– Отобрали?

– Нет, я их нокаутировал. (Улыбается.) Правда, при этом палец себе сломал. Это, кстати, одна из двух важнейших причин, почему профессиональные боксеры всячески стараются не доводить дело до драки. Ты ведь не в ринге, кисть у тебя ничем не защищена, и велик риск травмировать ее. А ведь руки для боксера – хлеб! Если с ними будут какие­-то проблемы – хуже не придумаешь!

– А вторая причина?

– У хороших боксеров очень сильный, поставленный удар. Нанести таким ударом оппоненту серьезнейшую травму – проще простого. А некоторые такие случаи, и мы все про них слышали, заканчиваются и вовсе трагически. На суде же тот факт, что виновник произошедшей беды владеет боевым искусством, всегда считается отягчающим вину обстоятельством. Так что махать кулаками лучше в ринге, а в повседневной жизни уметь обходиться словами.

– Знаю, что вы большой любитель рыбалки. Как часто удается посидеть с удочкой на бережку?

– Очень редко, за последние два года не смог выбраться ни разу. Раньше, когда я еще жил в своем родном Асбесте, рядом была речка, на которой я с детства знал все места. С тех же пор, как мы с семьей перебрались в Екатеринбург, что­-то с рыбалкой у меня совсем разладилось. А раньше мог часами сидеть, глядя на поплавок. Брал с собой будущую жену, а она-­то как раз не разделяла этого моего увлечения. Призналась мне потом, что сидела и думала: «Господи, когда же он уже наконец насмотрится на эту удочку!» (Смеется.)

– А правда, что со своей будущей женой вы познакомились в школе танцев, в которой вы занимались?

– Очень романтичная версия! (Смеется.) Но все было не совсем так. Как-то мой папа решил, что мне не хватает пластики, и записал меня в секцию танцев. Пару месяцев я занимался танцами с подругой, которая впоследствии, действительно, стала моей женой. Но познакомились мы не в этой секции, а гораздо раньше. Кстати, занятия танцами очень пригодились нам на свадьбе – вальс, который мы выучили, потом станцевали там. Правда, я его уже успел забыть: не с той ноги начал, но жена выручила. (Смеется.)

Алексей Одариев


ДОСЬЕ «ДГ»: ЕГОР ЛЕОНИДОВИЧ МЕХОНЦЕВ (родился 14 ноября 1984 года в городе Асбесте Свердловской области, СССР) – российский боксер-профессионал, выступающий в полутяжелой весовой категории, олимпийский чемпион 2012 года, чемпион мира 2009 года, двукратный чемпион Европы 2008 и 2010 годов. На летних Олимпийских играх 2012 года стал единственным российским боксером-мужчиной, вышедшим в финал. В финале завершил бой против вице-чемпиона мира 2011 года казахстанца Адильбека Ниязымбетова с равным счетом 15:15 (3:4, 5:4, 7:7 по раундам), но решением судей выиграл золото. Заслуженный мастер спорта. Кавалер ордена Дружбы народов.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс Дзен.

Перейти к другим новостям из категории "Домашняя газета"
Читать все омские новости