Обладатель Кубка мира по кикбоксингу Георгий Емельянов: «За две недели я поучаствовал в четырех турнирах по разным видам спорта»

Интервью со спортсменом вышло в свежем номере «Домашней газеты» от 5 февраля 2020 года.

Есть мужчины, про которых окружающие с уважением говорят: «Он боец до мозга костей». Это в полной мере относится к нашему земляку Георгию Емельянову. Георгий – мастер спорта международного класса по боевому самбо, обладатель Кубка мира по кикбоксингу, черных поясов по карате и бразильскому джиу¬джитсу. А еще он не только сам боец по духу и по профессии, но и учит быть сильными и мужественными других. С тренером юношеской сборной России по ММА Георгием Емельяновым побеседовал Алексей Одариев.

– Георгий, насколько успешным для тебя в спортивном плане был прошедший год?

– Хороший был год. Я завоевал бронзовую медаль на чемпионате мира по бразильскому джиу-джитсу в Москве. Так же, в столице, проходил Турнир Большого шлема, и мне вновь удалось подняться на третью ступень пьедестала. Ну а главное – в 2019 году я наконец­то вошел в элитный клуб джиу-джитсу – стал обладателем черного пояса!

– А какие главные успехи у бойцов из клуба «Ермак», в котором ты тренируешь?

– Самый значимый успех – «бронза» чемпионата России по ММА среди взрослых бойцов, которую выиграл Ильяс Садыков. Последний раз награды этого турнира омичи завоевывали еще в мае 2015 года – тогда третьи места взяли мы с Саней Кузьминским. А еще в прошедшем году на состоявшемся в октябре, в Самаре, Кубке России по ММА две «бронзы» взяли Стас Рерих и Стас Шкоропар. Последним на тот момент из омичей, кому это удавалось, был Петя Ян, сейчас блистающий в UFC. Ну и дорогого стоит победа Максима Фукса на Всероссийском мастерском турнире в Новосибирске. Он, вчерашний юниор, сумел столь успешно выступить на первом же своем взрослом турнире! Тут надо уточнить, что помимо «Ермака» Максим занимается еще и в омском клубе «Игра». В одном он совершенствует грэпплинг, в другом – ударную технику.

– Есть прославленная советская школа вольной борьбы, есть наш, отечественный вид – самбо. Зачем нам бразильское джиу-джитсу, зачем нам грэпплинг?

– В Омске вольной борьбы нет, и никогда не было. Она только сейчас зарождается в нашем городе – в «Ермаке» открыли соответствующее направление, но всего­то два месяца назад. В начале пути вольная борьба и в омском клубе АТБ-55. Что касается самбо, то в России почти не осталось опытных мастеров, готовых щедро делиться своими знаниями с молодежью. А вот именитые бразильцы, наоборот, очень открыты – с удовольствием откликаются на приглашения из России, приезжают, проводят мастер-классы. Что же касается спортивного самбо, то там борьбы в партере очень мало – акцент сделан на борьбу в стойке, на бросок. А борьба в партере – это целый океан. Сколько ей ни занимайся, все равно понимаешь, что ты ничего в ней не понимаешь! (Смеется.)

– Ты бывал на родине джиу-джитсу, в Рио-де-Жанейро. Насколько там популярен этот вид спорта?

– Наверное, он там второй по популярности, после футбола. Гораздо популярнее, чем у нас самбо. Я провел в Бразилии восемь недель, постоянно ходил в их клубы, где занимаются джиу-джитсу – там всегда битком народу!

– Жил в гостинице?

– Нет, в самой натуральной фавеле, в трущобах. Зато вдоволь насмотрелся на настоящую, не туристическую Бразилию.

– И тебя ни разу не пытались ограбить?

– Ни разу. Тут, главное, не провоцировать. Не надо увешиваться золотыми украшениями, выставлять напоказ очень дорогой телефон. Я ходил по улицам в обычной футболке, шортах, с рюкзаком за спиной, и у меня никаких проблем с местным населением не возникало.

– Есть у джиу-джитсу олимпийские перспективы?

– В обозримом будущем – вряд ли. Скорее уж в олимпийскую семью войдет ММА. У них и с финансами все в порядке, и есть четкое стремление быть включенными в программу Олимпиад. А в джиу¬джитсу, во-первых, слишком уж много различных федераций. А во-вторых, борьба в партере далеко не так зрелищна, как ММА. Неподготовленный, мало что понимающий в происходящем зритель просто заскучает.

– Желающих заниматься боевыми единоборствами в Омске, наверное, тоже более всего привлекает именно ММА?

– Конечно. Из десяти мальчишек, что приходят к нам в «Ермак», девять мечтают стать бойцами смешанного стиля, и лишь один приходит заниматься грэпплингом или джиу-джитсу.

– Ты­-то определился со своими приоритетами в единоборствах далеко не сразу. Сначала было карате, потом одновременно выступал и в боевом самбо, и в кикбоксинге, и в рукопашном бое…

– В карате меня когда­то отвел папа, сам­то я особо никогда не горел желанием им заниматься. А вот моей первой любовью стал кикбоксинг! В отличие от карате, там можно и нужно было бить соперника в полную силу, что мне очень понравилось! (Смеется.) Срочную военную службу проходил в спортивной роте, и там надо было заняться рукопашным боем – в армии, как ты понимаешь, моим желанием как­то не поинтересовались. (Улыбается.) В 2008 году мне предложили попробовать себя в боевом самбо – это стало новым для меня вызовом, да и было интересно, что это за единоборство, где не дают очки за удары, а лишь за нокдауны и броски. Я попробовал, и стал чемпионом Казахстана. Какое-то время я был первым номером в трех сборных этой страны – и по кикбоксингу, и по рукопашному бою, и по боевому самбо. Мой личный рекорд – четыре турнира за две недели по разным видам. Помимо перечисленных, я выступил еще и на соревнованиях по боксу.

– Твой сын, Богдан, пошел не совсем по твоим стопам и предпочел не единоборства, а хоккей. Тебе не обидно?

– Не обидно, хотя, не скрою, я мечтал видеть его чемпионом мира по дзюдо! Ладно, ничего. У меня ведь два сына – младшему, Захару, еще только три года. Значит, всемирно известным бойцом станет именно он. А Богдан – хоккеистом. (Улыбается.)

– Богдан не просто хоккеист, а вратарь! Это ведь требует особенно устойчивой психики?

– Конечно! Вратари – особая каста. Вроде бы хоккей – командный вид спорта, но вратарь, по сути, скорее уж единоборец. Рассчитывает он в основном на себя, и именно его ошибки гораздо заметнее, чем осечки тех же нападающих. Богдан занимается хоккеем с пяти лет, то есть уже седьмой год, и я всячески стараюсь ему помогать, поддерживать психологически. Тренер поставил на игру не тебя, а другого? Ты пропустил гол, и команда проиграла? Значит, надо тренироваться еще упорнее!

– Как твои впечатления от новой Академии «Авангард»?

– Круто – два льда, отличные залы! Ее создание – очень большой толчок для развития хоккея в области. Да и во всей России, ведь главный ее смысл именно в том, чтобы находить таланты во всех городах страны и привозить их для дальнейшего обучения в Омск. Мы с Андреем Викторовичем Терентьевым, президентом Федерации ММА Омской области, будем стараться сделать в нашем городе что­то подобное для бойцов. Мысли есть. Кстати, ребята из разных городов уже приезжают в Омск, чтобы постигать здесь премудрости миксфайта. Утром многие из них тренируются у нас, в «Ермаке», а вечером – в «Шторме», у Саши Шлеменко.

– Твоей дочке Виктории недавно исполнилось 14 лет. Она тоже спортсменка?

– Нет. В детстве она занималась плаванием, большим теннисом, акробатикой. Но нашла свое призвание в другом. Она поет. И именно это планирует сделать главным делом своей жизни. Сейчас Вика входит в основной состав ансамбля «Алина», занимается в школе эстрадного вокала.

– А ты не мечтал, чтобы она занималась единоборствами? Вообще, как относишься к женскому ММА?

– Раньше относился негативно, не понимал, зачем девушкам это надо?! Но то был взгляд мужчины, а сейчас я уже смотрю на это глазами тренера. Люди ведь очень разные, и есть женщины, для которых ММА – их страсть, их жизнь. Что же, запретить им, что ли, этим заниматься?! У нас в «Ермаке» сейчас тренируется Ольга Русина – так она чемпионка России по ММА! Или взять другую омичку – Ирину Пилипенко. Она тоже занимается в «Ермаке» и не потерпела ни одного поражения в карьере! Вне октагона Ира – очень женственная девушка. Кто не знает, тот никогда и не догадается, что она – профессиональный боец.

– Ты – тренер юношеской сборной команды России по ММА. Каково это, тренировать национальную команду? Другой масштаб, по сравнению с работой в омском клубе, другой уровень ответственности?

– Да, другой. В первую очередь – психологически большая нагрузка, но не физически. Я ведь везде привык выкладываться на сто процентов. Люди другого склада обычно успехов в спорте не добиваются. Что в сборной России, что на занятиях в «Ермаке», что на семинарах и мастер-классах, которые я провожу в Кургане, Самаре, Челябинске, других городах, везде работаю по максимуму.

– Тебе интересно возиться с детворой? Чувствуешь в себе педагогическую жилку?

– Очень интересно. Ребята все разные, подход к каждому нужен индивидуальный. Главная награда для тренера – видеть, как у вчера еще не уверенного в себе парнишки, по прошествии какого-то времени, вдруг начинают гореть глаза, расправляются плечи, даже походка и речь меняются. Перед тобой уже другой человек – уверенный в своих силах, знающий, что упорным трудом можно добиться в жизни абсолютно всего. Это ведь даже важнее, чем сугубо спортивные успехи! Никогда не ограничиваюсь только тем, что происходит в зале. Отвел тренировку, и все на этом – такой подход не для меня. Я знаю, что происходит у моих воспитанников дома, знаю, как у них обстоят дела с учебой. Так что, видимо, у меня действительно есть, как ты сказал, педагогическая жилка. (Смеется.)

– Есть среди мальчишек будущие чемпионы с мировым именем?

– Алмазы есть, но их еще нужно огранить, превратить в бриллианты. Даже самым талантливым ребятам тяжело дается переход из юношеского спорта во взрослый. В этот момент им очень нужна помощь. Не на словах, а реальная – помочь парню поступить в спортивный ВУЗ, помочь, чтобы армейскую службу он проходил в спортивной роте, помочь найти работу. Не все тренеры это умеют, не всем хватает для этого знаний и опыта. А потому многих талантливых самородков мы, увы, теряем. Они блещут на юношеских чемпионатах мира и олимпиадах, а после 18 лет вынуждены заканчивать со спортом, ведь начинается взрослая жизнь, в которой надо самому себя содержать.

– Осенью прошлого года ты возил своих воспитанников на турнир в Бахрейн. Для тебя это новый тренерский опыт: акклиматизация, смена нескольких часовых поясов, чужие болельщики?

– Это был мой первый выезд в качестве тренера на чемпионат мира. Большой опыт, огромный объем работы! Смотрел, как и что делает Андрей Викторович Терентьев, старался учиться у него. За семь дней турнира мы выспались лишь один раз – когда в пятницу не было боев, был выходной. А в остальные дни – в шесть утра все бойцы уже должны быть на взвешивании, а потом поединки до позднего вечера. Затем в гостиницу, спать, а с утра все сначала. Но мне было очень интересно: я отвечал за психологическое состояние спортсменов перед боем, за их экипировку, секундировал ребятам, давал им подсказки по ходу поединков и в перерыве между раундами.

– Где психологически сложнее драться – дома или за границей?

– Дома труднее. Боязнь проиграть сковывает.

– У большинства бойцов ММА тело покрыто татуировками. Ты разделяешь эту моду?

– Нет, к татуировкам отношусь отрицательно. У меня ни одной нет, и делать их, уж точно, не планирую. Как отнесусь, если дети захотят сделать себе тату? Вот доживем до их совершеннолетия, а там посмотрим. (Улыбается.)

– Бывают иногда ситуации, когда приходится не в спортивном зале, а в обычной жизни применять свои боевые навыки?

– Последний раз дрался десять лет назад, в 27 лет. Дело было в Казахстане. Шел с родственниками, а навстречу нам пьяная компания. Они вели себя вызывающе, сделал им замечание, ответили нецензурно. Ну и… А с тех пор, как перебрался жить из Петропавловска в Россию, в Омск, не дрался больше ни разу. Взрослее стал. Раньше ничего не «спускал на тормозах», сразу вспыхивал – юношеский максимализм! С годами научился нивелировать подобные ситуации. А по молодости, когда был кикбоксером, частенько дрался на улице, чем совершенно не горжусь. Я сам никогда этих драк не провоцировал, не был их инициатором. Но хамства окружающим не прощал. Сейчас своим воспитанникам так говорю: «Не хотите нажить себе неприятности, случайно покалечив кого-то в уличной драке? Поменьше ходите по ночным клубам и другим местам, где собираются толпы разгоряченных алкоголем людей».

– Что такое идеальный отдых для тебя?

– Море, жена, дети. Причем море обязательно Черное. Любим Крым, Сочи, а вот отдых за границей – не наше. Пробовали, как­то не понравилось. Да, у нас хуже сервис, чем в той же Турции, но мне он и не нужен. Были бы любимые люди рядом. Мы с женой каждый раз незадолго до конца отпуска уже начинаем мечтать о следующем. (Смеется.)

Алексей Одариев